Архитектура Одессы: заметки с тегом модерн

Фонтан-скульптура «Молодость» в Театральном саду

Архитектура Одессы — Sat, 25 Apr 2015 22:18:48 +0200

Ланжероновская

Один из самых известных и эстетически значимых памятников монументального искусства в центре Одессы, фонтан «Молодость» представляет собой одну из заказных копий скульптурной композиции французского скульптора эпохи модерн Макса Блонда, называемую одесситами «Дети и лягушка» или «Нарцисс».

Тип сооружения:

фонтан
самостоятельная скульптурная композиция

Стиль:

модерн

Скульптор:

Макс Блонда

Дата строительства:

1904 (оригинал)
до 1910-го г. (одесская копия)

Статус:

памятник истории и монументального искусства местного значения

Месторасположение

вулиця Ланжеронівська, 4, Одеса, Одеська область, Україна

Востребованный французский скульптор Макс Блонда выставил мраморную скульптурную композицию-фонтан «Молодость» на Парижском художественном салоне 1904 года. Работа пользовалась успехом, приобрести её пытались несколько покупателей из разных стран Европы. Возможно, чтобы удовлетворить спрос, скульптор договорился с покупателями об изготовлении реплик скульптурной группы.

В каждую отдельную композицию были внесены некоторые изменения, связанные, возможно, с пожеланиями каждого конкретного заказчика.

Общий вид фонтана и газона вокруг него

Общий вид (со стороны здания Английского клуба)

Ориентировочно в те (1905—1907) годы одна из скульптурных групп была приобретена кем-то из состоятельных одесситов. По предположению Елены Красновой и Анатолия Дроздовского скульптура изначально была установлена на территории дачи Акима Биска, известного на Юге России ювелира и отца поэта и переводчика Александра Биска. Биски владели дачей по адресу Французский бульвар, 26, где впоследствии были возведены корпуса Одесского университета им. Мечникова.

После установления советской власти недвижимое имущество подверглось национализации. Эта участь постигла и дачу Бисков.

Архитектор В. Трофименко в библиографическом справочнике «Зодчие Украины конца XVIII — середины XX века» указал, что скульптура-фонтан «Дети и лягушки» была установлена на Театральной площади в Одессе в 1925 году. В начале фонтан установили в центре Театрального сада (на довоенных и послевоенных фотографиях хорошо виден этот фонтан на фоне театра, развернутый к нему тыльной стороной). В 1970-х годах композиция была перемещена вплотную к зданию Английского клуба, в котором в советское время располагался Одесский Музей морского флота. На этом месте он располагается и по сей день.

Фонтан-скульптура «Молодость» до переноса к зданию Английского клуба, открытка 1960-х г.г.

Фонтан-скульптура «Молодость» после переноса к зданию Английского клуба,1970-е г.г.

Фонтан-скульптура «Молодость» после переноса к зданию Английского клуба. Фото: Василий Фертюк, 1970-е г.г.

Одесская копия работы Блонда изготовлена из светлого мрамора. Когда фонтан работает, струя воды, направленная изо рта лягушки омывает ноги сидящих на высоком камне детей, стекая в элегантную полуовальную чашу с невысокими бортиками.
Все сохранившиеся аутентичные элементы и детали фонтана (оригинальная лягушка утрачена), тщательно проработаны и отличаются высоким техническим уровнем резьбы.

Фонтан-скульптура «Молодость», фото 2004 г.

За время своего нахождения на территории Театрального сада скульптурная композиция неоднократно становилась объектом атак вандалов — у фигур детей отбивались фрагменты конечностей, лягушку разбивали или воровали. Последствия вандализма всякий раз устранялись городскими службами.

Следует отметить, что фонтаны «Молодость» Макса Блонда в 1905—1907 годах были установлены во французском Дижоне, немецком Дюссельдорфе, американском Денвере, швейцарском Цюрихе. Различаясь количеством установленных лягушек и деталями проработки камня, на котором сидят три ребёнка, фонтаны полностью повторяются в форме фигур детей.

В Дижоне фонтан установлен на площади Дарси в центре города и окружён живописными цветочными клумбами. Дижонцы называют его фонтаном молодости, как назвал его автор, или фонтаном с лягушками.

Копия фонтана-скульптуры «Молодость» в Дижоне

В Дюссельдорфе фонтан Блонда появился раньше других городов — в 1905 году — и был назван нем. «Maerchenbrunnen» («Сказочным фонтаном»). Фонтан был установлен в старинном дворцовом парке (нем. Hofgarten) — первом общественном парке Германии. Несмотря на то, что фонтан обнесён изящной решеткой, это не мешало местным вандалам портить мраморные фигуры. Накануне празднования 80-летия фонтана городские власти Дюссельдорфа перенесли мраморную скульптуру в музей, а в парке установили бронзовую копию детей и лягушек, отбить от которых что-либо физически невозможно.
Дюссельдорфский фонтан не раз рисовали художники, известно множество его фотографических изображений и почтовых открыток различных времён.

Копия фонтана-скульптуры «Молодость» в Дюссельдорфе

Кроме этого, сюжет скульптурной группы «Дети и лягушки» был использован Максом Блонда не только для фонтанов, но и для различных бытовых предметов: фарфорового чернильного прибора, золото-бронзовой пепельницы, деревянной статуэтки и тому подобного.

Использованная литература и архивы

Фонтан-скульптура «Молодость»
Галерея исторических фотографий Одессы
Старая Одесса в фотографиях
В публикации использованы фотографии из архивов В. Дроздовского, Е. Волокина, компании «Инкор-Групп», различных семейных архивов, собраний Литературного и Краеведческого музеев, ОННБ им. Горького и т. д.

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель

Доходный дом Е. Воронцовой-Дашковой

Архитектура Одессы — Sat, 01 Nov 2014 03:00:00 +0200

Военный спуск, 1

Огромный доходный дом на Военном спуске, 1 — одно из самых необычных по архитектуре зданий центра Одессы. Большинство элементов не имеет повторения или сходства на фасадах других домов того периода, что в масштабах города делает постройку единственной в своем роде.

Тип здания: доходный дом
Стиль: кирпичный, эклектика, модерн
Архитектор: Д. Я. Климов
Дата строительства: 1888 (?), 1900-е (реконструкция(?))
Статус: не определен

Фасад

Общий вид

Во второй половине 1880-х годов, княгиня Е. Воронцова-Дашкова заказала архитектору Д. Я. Климову проект грандиозного по масштабам доходного дома, который предполагалось построить почти в начале Военного спуска, на принадлежавшем Воронцовым обширном участке в непосредственной близости от дворца на Приморском бульваре.

Ранее участок занимали несколько разрозненных хозяйственных построек и магазейнов (складов).

Возведенный Дмитрием Яковлевичем Климовым дом по праву относится к значимейшим в его творчестве. Активная деятельность зодчего приходится на 1880-е годы, когда в числе многочисленных доходных домов в различных местах центра Одессы, им был спроектирован известнейший дом Г. Рафалович в Воронцовском переулке, 4 (1889) , он же — «дом с одной стеной».

К слову, дома Воронцовой-Дашковой и Рафалович возведены практически в двух шагах друг от друга.

Общий вид

Несмотря на то, что склоны Военной балки были укреплены, строительство на косогоре вызывало определенные затруднения. Проекты почти всей застройки спуска так или иначе зависели от рельефа. Описываемый дом Воронцовой-Дашковой ввиду этого не имеет определенной этажности, его высота уменьшается по ходу подъема в гору от трех с половиной до двух с половиной этажей. Климов прекрасно справился не только с архитектурно-эстетическими задачами проекта, но и с инженерными — за без малого 130 лет своего существования, здание не дало значительных осадок или перекосов.

Военный спуск еще со времен своего образования никогда не относился к престижным улицам, несмотря на близкое соседство с более презентабельным центром. Отсюда начиналась одна из самых главных транспортных артерий — соединявшая город с Практической (Военной) гаванью. Из-за близости порта места эти застраивались преимущественно складами, трактирами, недорогими домами меблированных комнат и прочей бюджетной недвижимостью. Квартиры в доме на Военном спуске, 1 разумеется не предназначались для состоятельных квартиросъемщиков, скорее — среднего достатка.

Дом Воронцовой-Дашковой не отличался ни богатым убранством, ни сколь нибудь комфортной планировкой, поскольку строить на Военном спуске более презентабельное и дорогое по смете здание смысла естественно не было.

В доме, помимо жилых, имелись значительной площади помещения под аренду различными конторами, магазинами и мастерскими. Среди последних стоит упомянуть большую специализированную слесарно-механическую мастерскую Василия Мясоедова, где осуществлялся ремонт судовых котлов и машин всех типов. В 1890-х годах в стенах дома находился один из четырех магазинов пароходных принадлежностей из расположенных на Военном спуске — магазин Хаввы Израильсона и Крейна Маргулиса.

Крупнейший торговец «крестьянским» и флотским платьем, Гессель-Лейб Нухимович Бернстейн, владевший собственным магазином в доме на Военном спуске, 6, совместно с компаньоном, Гершем Срулевичем Симаковым держал еще один — в доме Воронцовой-Дашковой. К слову, Брустейн какое то время был одним из основных поставщиков судового оборудования и продовольствия в городе.

Часть помещений дома сдавалась покомнатно, часть представляла собой вполне самостоятельные квартиры, из чего явствует, что огромный даже по нынешним временам дом задумывался как сооружение многофункциональное.

Согласно справочникам домовладельцев за первую половину 1900-х годов, дом принадлежал в то время М. Воронцову-Шувалову; впрочем потомки семьи Воронцовых владели зданием вплоть до революции.

Советская история дома в целом малопримечательна. Как и многие другие многоквартирные дома дореволюционной постройки, здание подверглось перепланировкам, уплотнениям, реконструкциям, которые к счастью не нанесли строению значительного ущерба.

Доходный дом Е. Воронцовой-Дашковой представляет собой трехсекционный параллелепипед, вытянутый вдоль красной линии Военного спуска. С тыльной стороны к участку примыкает крутой склон левого борта балки Военного спуска, что явилось техническим препятствием для возведения дворовых флигелей и обустройства удобного просторного двора. Существующий узкий двор-ущелье ограничен по сторонам самим домом и почти отвесной подпорной стеной, в которой изначально были обустроены двери кладовых, угольно-дровяных сараев, прачечной, уборной и других технических помещений, вырытых прямо в склоне балки.

Проезды во двор осуществлялись в объезд дома, через ворота по сторонам главного фасада. Пешеходное сообщение усадьбы Воронцовых с участком на Военном спуске было обустроено еще до возведения доходного дома — сохранились две каменные лестницы сложной конфигурации, одна из которых, каскадная, ведет сюда от дворцовых построек, вторая, имеющая несколько поворотов под прямым углом вырыта в склоне балки и укреплена по сторонам подпорными стенами (соединяет Военный спуск и двор конюшенного корпуса усадьбы). Вблизи нижнего пролета последней сохранился встроенный в подпорную стену вычурный кран-колонка.

Справа от дома, на красную линию ранее выходило еще одно сооружение, однако неизвестно жилым оно было или служебным (ныне на его месте жилой дом середины 1950-х г.г.).
Архитектурное оформление главного фасада сдержано и лишено лепных элементов, все детали крупномасштабны, наличники рустованы и выложены непосредственно из камня, бюджетность и функциональность здесь выдвинуты на первый план.

Протяженность фасада внушительна — 22 оконных оси. Если не считать дополнительного объема в одну ось, примыкающего к дому с правой стороны, фасад строения строго симметричен. Монотонная горизонталь здания прорезана тремя ризалитами небольшой глубины. Два крайних имеют ширину в две оси, центральный — пять. В свою очередь центральная ось последнего выделена еще одним ризалитом, где размещена лестничная клетка и ее световые окна, расположение которых на лицевом фасаде встречается в Одессе достаточно редко (как правило окна подъездов выходят во дворы).

Центральная часть главного фасада

Ризалит лестничной клетки и ее световые окна, вид снизу вверх

Все ризалиты увенчаны высокими строгими аттиками, ризалит центрального подъезда имеет собственный выделенный аттик и дополнен сдержанным треугольным фронтоном без изысков. Портал центрального подъезда фланкирован двумя символическими безордерными полуколоннами, а его проем имеет несколько модернизированные очертания.

Портал входа в центральный подъезд

Впрочем, если учесть годы возведения дома, о модерне говорить не приходится. Его черты едва проступают и в других деталях дома, что можно списать скорее на свободную фантазию Климова, нежели его следование архитектурной моде, которая начала набирать обороты в Одессе лишь спустя более десятилетия. Достаточно велика так же и вероятность того, что дом был передекорирован в начале XX века, обретя свои нынешние черты.

Огромные световые окна центрального подъезда выделены массивными строгими наличниками. Нижнее окно, классической прямоугольной формы увенчано символическим лучковым сандриком, верхнее сандрика лишено, однако форма его проема решена весьма оригинально — верхние углы усечены ступенчато. Переплеты обоих окон, изготовленные примерно на рубеже 1900-1910 г.г. в стиле раннего рационального модерна и сохранились практически неизменными, а переплет верхнего окна к тому же частично сохранил оригинальные витражные стекла.

Световые окна центрального подъезда

Верхняя часть лестничного ризалита, световое, окно и фронтон

Полуподвал и первый этаж дома полностью лишены какой либо отделки, второй третий этажи украшены геометрическими рустованными наличниками со схематическими сандриками, форма которых зависит от этажа. Сандрики второго этажа — прямые, третьего — лучковые. В центральном ризалите лучковые сандрики венчают окна обоих верхних этажей. На осях, примыкающих по сторонам к центральному ризалиту, на втором и третьем этажах окна сдвоены, хотя их наличники не адаптированы в качестве объединяющих.

Наличники окон главного фасада

Аутентичные решетки

Балконное ограждение

Ограждение полуподвального приямка

Боковые крылья дома оборудованы собственными подъездами. Левосторонний сохранил эклектическую входную дверь распространенного образца, с вычурными решетками проемов в створках, над входом привлекает внимание небольшое световое окно в форме горизонтально вытянутого эллипса. Остальные окна подъезда вписаны в контекст остального фасада, ничем не отличаясь от квартирных. Правосторонний подъезд решен аналогичным образом, однако светового окна над входной дверью не имеет.

Вход в левосторонний подъезд

Тыльный фасад традиционно лишен какого-либо архитектурного убранства и оживлен тремя узкими ризалитами.

Тыльный фасад

Во всех подъездах дома установлены бюджетные металлические лестницы. В центральном подъезде лестница вероятно относится еще ко временам постройки дома, дизайн ее подступенков и балясин нельзя назвать распространенным и встречается он в основном в домах конца 1880-х и 1890 г.г. В боковых подъездах лестницы относятся к очень распространенной разновидности, подступенки сохранили клейма литейно-механического завода Мюльнера и возможно установлены несколько позднее, ближе к началу XX века.

Центральный подъезд

Потолок над лестничной клеткой

Левосторонний подъезд

В целом здание производит впечатление добротного и недорогого доходного дома, квартиры в котором не предназначались для состоятельных квартиросъемщиков, хотя имели немалые размеры, хорошо освещались и на своем уровне были достаточно комфортны. С архитектурной же точки зрения дом Е. Воронцовой-Дашковой можно отнести к одним из самых самобытных и узнаваемых в центральной части Одессы. Учитывая относительно небольшой бюджет строения и отсутствие импозантных деталей оформления, облик дома остается поистине уникальным явлением в среде одесской фоновой застройки.

Лестница, ведущая из двора конюшенного корпуса усадьбы Воронцовых во двор дома

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
«Военный спуск». О. Губарь

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Валерия Важнова, редактор

Гимназия М. С. Панченко

Архитектура Одессы — Sun, 05 Oct 2014 23:49:20 +0200

Большая Арнаутская, 9

1910-е годы — время переосмысления архитектурно-градостроительных принципов в Одессе, время начала широкого применения новых инженерных технологий и конструктивных материалов. Незадолго до революции в городе появился целый ряд различных по назначению сооружений, олицетворявших в себе лучшие достижения архитектурной мысли тех лет. Монументальное неоклассическое здание гимназии М. С. Панченко — одно из ярчайших произведений нового витка развития одесской архитектуры.

Тип здания: здание образовательного назначения
Стиль: модернизированный неоклассицизм, ретроспективный модерн
Архитектор: К. К. Абт
Инженер: К. М. Добровольский
Дата строительства: 1911-1914
Статус: памятник архитектуры местного значения
Второй адрес: Канатный переулок, 1
Современная функция: средняя общеобразовательная школа № 101

Фасад

Общий вид

Обширный участок на углу Большой Арнаутской и Канатного переулка в конце XIX в. и в 1900-е г.г. до того как перейти в собственность приват-доцента физико-математического факультета Новороссийского университета, статского советника и председателя педагогического совета Одесской женской гимназии Г. Р. Березиной, Михаила Семеновича Панченко, несколько раз менял владельцев. На рубеже XIX—XX веков здесь стоял дом наследников Померанца, вскоре приобретенный Вольфом Яковлевичем Брахманом, а позднее — А. М. Герценштейном.

Общий вид

М. С. Панченко, которому суждено было стать последним предреволюционным владельцем участка, в начале 1910-х г.г. открыл здесь общеобразовательную гимназию, для которой прежние, порядком обветшавшие строения оказались непригодны. В 1910 г. инженер-архитектор К. К. Абт, известный в первую очередь сотрудничеством с Бельгийским акционерным Обществом и строительством в различных местах Одессы типовых подстанций электрического трамвая, получил заказ на составление проекта нового, просторного и всесторонне созвучного своему времени здания для гимназии Панченко, который реализовал в соавторстве с инженером К. М. Добровольским.

Начатое в 1911 году строительство монументального неоклассического сооружения продолжалось около трех лет и было завершено в преддверии Первой мировой войны. Следует отметить, что ни Абт, ни Добровольский не оставили в дореволюционной застройке Одессы богатого наследия и импозантное элегантное здание гимназии, вероятно, является вершиной творческого пути для обоих мастеров.

Здесь же, при гимназии проживал и сам ее учредитель и директор М. С. Панченко. В 1914 году инспектором гимназии был назначен Александр Петрович Попов. Должности законоучителей заняли протоиерей А. Лебедев и Сергей Дмитриевич Новиков. В преподавательском составе гимназии фигурировало и немало по настоящему выдающихся имен. Например, известный литературовед Роман Михайлович Волков преподавал здесь русский язык.

Фасад по Большой Арнаутской

Р. М. Волков родился в октябре 1885 года в городе Новгород-Северский. Окончил Нежинский историко-филологический институт в 1912 году. После нескольких лет преподавания в гимназии Панченко, Волков стал доцентом Новороссийского университета (1918-20 г.г.), а впоследствии — профессором Одесского, Львовского и Черновицкого университетов. Р. М. Волков был первым ректором и профессором Одесского университета после революции.

Возглавляя в течение 1920-х годов кафедру русской литературы и совмещая работу в университете с преподавательской деятельностью в педагогическом институте, Волков был одним из первых преподавателей украинского языка и украинской этнографии тех времен. В 1923 году, когда была создана Одесская комиссия краеведения при Всеукраинской Академии наук, профессор Волков возглавил ее этнографо-лингвистическую секцию. Скончался в мае 1959 года в Черновцах.

Преподавателем физики в гимназии значился Елпидифор Анемподистович Кириллов, впоследствии советский физик, доктор физико-математических наук, создатель одесской научной школы в области научной фотографии. Е. А. Кириллов родился в октябре 1883 года в селе Шипка. Окончил математическое отделение физико-математического факультета Новороссийского университета в 1907 году с дипломом первой степени и был оставлен при кафедре физики для подготовки к профессорскому званию.

Елпидифор Анемподистович Кириллов

С 1908 года по 1915 год, будучи ассистентом на Высших женских курсах и преподавателем в гимназиях, Кирилов работал по совместительству наблюдателем магнитно-метеорологической обсерватории, а затем лаборантом кафедры физики физико-математического факультета Новороссийского университета. В 1915-1916 году он получил звание магистра и был избран приват-доцентом кафедры физики. С 1921 года заведовал кафедрой экспериментальной физики. В 1926 году вступил на должность директора Института физики при Одесском университете, которую занимал до конца жизни. В 1939 году по представлению Академии наук СССР ему была присуждена учёная степень доктора физико-математических наук без защиты диссертации.

В годы Великой Отечественной войны Кириллов продолжал работать в эвакуированном университете сначала в Майкопе, а затем в Байрам-Али. В период с 1944 года по 1950 год он также заведовал кафедрой физики в Одесском государственном медицинском университете. Лауреат Сталинской премии 1951 года, заслуженный деятель науки УССР, кавалер ордена Ленина и других государственных наград скончался в ноябре 1964 года в Одессе.

Достойно упоминания и имя преподавателя латинского языка Михаила Федоровича Болтенко.
М. Ф. Болтенко родился близ местечка Осовец Гродненской губернии (ныне входит в состав Польши) в семье военного топографа. Учился в гимназиях городов Иркутска, Омска, Варшавы, а в 1904-1907 годах — во 2-й Одесской мужской гимназии. В 1907-1912 годах Болтенко числился студентом историко-филологического факультета Новороссийского университета, по окончании преподавал классические языки во многих одесских гимназиях. Кроме того, Болтенко участвовал в археологических раскопках.

В 1913 году он был избран действительным членом Одесского общества истории и древностей. В 1921 году стал одним из основателей Одесского археологического института, в котором вел впоследствии активную педагогическую деятельность, параллельно напротяжении всех 1920-х г.г. преподавал историю и языки в трудовых школах Одессы. Организовал многочисленные археологические раскопки (1921 год — в с. Усатово, где открыл позднетрипольскую Усатовскую культуру, исследуя ее в дальнейшем).

В 1926 году был избран действительным членом Трипольской комиссии Всеукраинского археологического комитета. Одновременно работал в Одесском историко-археологическом музее. В 1932 году был уволен с работы в музее, после чего работал в Харькове. В 1934 году арестован; отбывал заключение в лагерях на Дальнем Востоке, а в 1939 году вернулся в Одессу после освобождения по состоянию здоровья. Во время Великой Отечественной войны эвакуировался в г. Куйбышев, позже в г. Байрам-Али (Туркменистан). Вернувшись в 1944 году в освобожденную Одессу, Болтенко получил звание доцента Одесского университета. Умер Михаил Федорович Болтенко в Одессе в 1959 году.

Возвращаясь к истории гимназии Панченко, стоит упомянуть имена и других ее преподавателей. Математику в гимназии преподавал Александр Осипович Филиппов; историю Федор Иванович Педанов; природоведение и географию Владимир Данилович Крыжановский; французский язык Юлиан Юлианович Бушико; немецкий язык Константин Иванович Штауб и Луиза Мартыновна Бендер; чистописание и рисование Михаил Альбертович Троппер. Учителем приготовительного класса был Павел Александрович Панов.

Гимнастикой гимназисты занимались под руководством П. М. Савельева. Учил пению К. К. Вальтер; музыке Франц Францевич Штемберг. Помощниками классного наставника значились Леонтий Георгиевич Леонтьев и Николай Матвеевич Топольницкий. За здоровьем гимназистов следил врач Константин Беляев. Обязанности письмоводителя исполнял Михаил Николаевич Сомов.

После революции на базе гимназии была создана трудовая школа № 48, где преподавание велось на русском языке. Заведовал школой Михаил Георгиевич Де-Метц, преподававший в 1914-19 г.г. в Одесском кадетском корпусе математику. В 1938 году Де-Метц преподавал начертательную геометрию в Одесском водном институте. В мае 1938 года был арестован, по приговору суда приговорен к высшей мере наказания и в июле 1938 года расстрелян.

В первые послевоенные годы в здании разместились глазной госпиталь и школа слепых для взрослых, а в 1960-е годы — средняя школа № 101 и школа рабочей молодежи № 16. С того времени строение своего профиля не меняло и школа № 101 благополучно функционирует здесь и по сей день. Таким образом бывшая гимназия М. С. Панченко входит в число немногих одесских зданий, чья изначальная (в данном случае — образовательная) функция никогда не менялась, хотя за прошедшее столетие здесь квартировало немало учебных заведений.

Здание, возведенное Абтом и Добровольским представляет собой одну из акцентных построек первых кварталов Большой Арнаутской и состоит из двух лицевых крыльев, которые образуют правильный прямой угол и отделяют от улицы обширный внутренний двор и одного дворового, образующего с остальными комплекс П-образной формы. Строгое, подчеркнуто сдержанное строение наглядно иллюстрирует в своей архитектуре лучшие традиции одесского неоклассицизма 1910-х г.г. Фасад по Большой Арнаутской трактован как главный, что подчеркивается массивным ризалитом в его центральной части и эффектным четырехколонным портиком высотой в два этажа.

Сам фасад строго симметричен и имеет протяженность в 11 оконных осей, центральные пять из которых очерчены ризалитом. Первый этаж отделан глубоким линейным крупнофактурным рустом.

Отделка первого этажа

Фрагмент руста первого этажа

На крайних осях центрального ризалита окна сдвоены и углублены в проемы почти квадратных по форме ниш. Между окнами помещены строгие дорические пилястры. Те же принципы прослеживаются и в решении входного портала шириной в три оси, где сам вход фланкирован окнами и отделен от них ордерно аналогичными оконным, но более крупными пилястрами.

Портал главного входа

Одно из сдвоенных окон в нишах, фланкирующих портал

Первый и второй этажи отделены друг от друга строгим схематическим карнизом среднего выноса, под которым протянут фриз без декора с единственным исключением на крайних осях центрального ризалита, где он дополнен классическими канеллюрами.

Верхние этажи практически не различаются по архитектурной отделке, очень минималистичной и по-классически сдержанной. Стенные плоскости прорезаны огромными окнами, простенки между этажами отделаны фактурным рустом.

Отделка второго и третьего этажей вне центрального ризалита

Второй этаж

Третий этаж

Весь немногочисленный декор сосредоточен в центральном ризалите. Окна второго этажа на его крайних осях не имеют наличников, но тем не менее дополнены модернизированными прямыми сандриками, которые композиционно объединены с аскетичными подоконными филенками на третьем этаже. Крайние оси ризалита фланкируются мощными рустованными пилонами, стенные плоскости верхних этажей сохраняют общий с остальным фасадом уровень выноса.

Три центральных оси решены в виде эффектного четырехколонного портика, колонны высотой в два этажа венчаются капителями дорического ордера. Между ними прорезаны вертикали более узких чем на остальном фасаде окон, причем на третьем этаже в центральной оси расположено фальшьокно. Сандрики и филенки здесь аналогичны таковым в крайних осях, но подчинены оконной ширине.

Центральный ризалит

Общий вид снизу вверх

Ризалит венчается широким фризом с крупными канеллюрами, строгим карнизом большого выноса и причудливыми аттиками на крайних осях, центральные элементы которого решены в виде сильно геометризированных по очертаниям ваз. Фасадные плоскости вне ризалитов завершаются каменными балюстрадами с сильно модернизированными балясинами.

Фрагмент балюстрады

Второстепенный фасад, ориентированный в сторону Канатного переулка значительных акцентов лишен, отделка выглядит заметно монотоннее, что, впрочем не мешает ее общей композиционной гармоничности. Протяженность фасада по Канатному переулку незначительно превышает таковую у главного фасада по Большой Арнаутской. Крайние оси подчеркнуты неглубокими, увенчанными высокими аттиками, ризалитами; в правом из них расположена техническая лестничная клетка и сюда же вписаны ее световые окна. Между их проемами помещена фактурная неоклассическая филенка с орнаментальным мотивом двух скрещенных диагоналей, типичным для модернизированного историзма и ретроспективизма 1910-х г.г.

Такой композиционный сюжет применялся не только для заполнения филенок, но и в качестве мотива для дизайна ограждений балконов и секций лестничных перил, ритмически повторялся на балюстрадах и фризах.

Фасадная плоскость второго-третьего этажей между ризалитами прорезана широкими дорическими пилястрами, размещенными с шагом в три окна (от левостороннего ризалита до крайней пилястры — две оконных оси).

Ризалит технической лестницы со стороны Канатного переулка

Общий вид снизу вверх

На четвертой от правого края фасада оси располагается арка проезда во двор с плоскими перекрытиями, проем которой со стороны улицы оживлен замковым камнем, отделанным фактурой, повторяющей таковую у руста первого этажа.

Портал арки проезда во двор

Общий вид

Остаток флагодержателя

Данью модерновым тенденциям в архитектуре 1910-х г.г. служит эффектно скругленный угол здания, придающий строгому, монументальному фасаду некоторую пластичность и визуальную легкость.

Влияния модерна, без отхождения от неоклассического характера постройки становятся заметнее в парадных интерьерах гимназии. Просторный вестибюль разделен надвое массивной потолочной балкой, опирающейся на четыре сгруппированных по двое, столба квадратной в плане формы. Почти во всю высоту их углы срезаны, а сами они увенчаны капителями дорического ордера.

Вестибюль

Вид на лестничную клетку

Периметральная лестничная клетка расположена на одной оси с вестибюлем и отделяется от его объема еще одной колоннадой, причем этот ход повторяется на всех этажах. Слева от лестничной клетки оборудован проход во двор. На лестнице установлены перила с балясинами распространенной бюджетной модели периода позднего модерна, ступени выполнены из мрамора.
Между столбами-колоннами колоннад, разделяющих лестничную клетку и просторные Г-образные коридоры, ведущие в аудитории второго и третьего этажей, в качестве ограждений установлены классические балюстрады.

Парадная лестница

Общий вид

Вид со стороны коридора второго этажа

Перила

Балюстрады

Лестничная клетка выходит в сторону двора мощным ризалитом с высокими световыми окнами, который расположен в углу на стыке лицевых крыльев здания.

Дворовой фасад неоштукатурен, размер окон в целом аналогичен фасадным. Две крайние правосторонние оси крыла по Большой Арнаутской несут в себе сдвоенные узкие проемы технических помещений (по такому принципу реализованы окна первого этажа во всех крыльях), причем вторая от края ось завершается кубическим антрессольным объемом высотой в полноценный этаж. Фасад дворового (служебного) крыла аналогичен тыльному фасаду крыла по Канатному переулку.

Дворовые фасады

Общий вид лицевых крыльев

Крыло по Большой Арнаутской

В целом здание бывшей гимназии М. С. Панченко представляет собой великолепный пример совмещения ретроспективных архитектурных традиций и новых для начала XX века инженерных решений. В конструкции сооружения был применен надежный железобетонный каркас, позволивший разгрузить несущие стены, и оборудовать огромные световые окна, что обеспечило хорошую инсоляцию аудиторий, коридоров, лестниц и служебных помещений.

Кроме того, появилась возможность перекрытия обширных пространств без использования большого количества несущих опор. Благодаря элегантному, выразительному облику и мастерски реализованным инженерно-конструктивным решениям, гимназию можно без всякого сомнения отнести к числу лучших в Одессе дореволюционных зданий образовательного назначения.

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
Большая Арнаутская улица. От улицы Белинского до улицы Канатной. Нечетная сторона

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Валерия Важнова, редактор

Одесская национальная научная библиотека им. М. Горького. Архитектура. Фасады

Архитектура Одессы — Mon, 14 Apr 2014 23:07:09 +0200

Пастера, 13

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Занимая обширный угловой участок на пересечении улицы Пастера и Софиевского (ныне — Ляпунова) переулка, здание библиотеки состоит из трех основных частей. Средний корпус с выступающим ризалитом (высотой в 1 и 2 этажа с подвалом) — собственно библиотека, связанная переходами с двумя боковыми корпусами. Левый, семиэтажный, предназначен для книгохранилища.

Главный фасад

Общий вид

Интересно, что для того, чтобы уменьшить нагрузку на междуэтажные перекрытия, вертикальные конструкции стеллажей, поддерживающих книги, сделаны непрерывными по вертикали и покоятся на специальном фундаменте, так что междуэтажные перекрытия несут лишь нагрузку от находящихся там служащих библиотеки, а сами опираются на металлические конструкции стеллажей.

Правый, трехэтажный (с подвалом и частью с цокольным этажом) — служебный флигель, где были расположены в подвальном этаже (в передней его части) котельное помещение для центрального отопления и вентиляции всего здания библиотеки (в первоначальном проекте), а в остальной части корпуса — помещения служебного персонала библиотеки, причем, оба боковых корпуса отделяются от среднего сплошными брандмауэрными стенами (нем. Brand — пожар, Mauer — стена, то есть, пожаростойкая стена).

План здания выглядит несколько асимметричным, так как административный флигель имеет большую протяженность вглубь участка, чем книгохранилище. Впрочем с улицы это не заметно. Величественный трехобъемный фасад со стороны Пастера выполнен в так называемом стиле «неогрек» с использованием мотивов ампира и модерна.

Общий вид

Общий вид со стороны улицы Ольгиевской

Фасад по переулку Ляпунова

Основным композиционным элементом фасада служит массивный портик главного входа, выполненный в виде храма в антах, весьма напоминающий, например, Ликийскую гробницу, но с сильно измененным и стилизованным антаблементом.

Портик главного входа

Капители каннелированных ионических колонн, поддерживающих архитрав (вместо классических трех фасций — полок, архитектор применил двухчастное деление) завершаются так называемой балюстрой (элемент пластического оформления ионической колонны, напоминающий собой свиток, перетянутый посередине ремешком, что является как бы символом библиотеки). Между двумя антами портика — сильно выступающими торцами продольных стен «греческого дома» или храма (так называемый храм в «антах» (in antis)) — расположен пронаос (греч. pronaios — предзал).

Детали портика

Основание одной из колонн

Боковая тумба лестницы, ведущей к главному входу

Карниз одного из антов

Главный вход

В тимпане пологого, как принято в древнегреческой архитектуре, фронтона расположен горельеф — симметричный растительный орнамент, в центре которого находился двуглавый орел (в «советское время» — герб УССР, ныне — герб Украины). Фриз был украшен надписью «Городская Публичная Библиотека» (в настоящее время — «Державна наукова бібліотека»). Поддерживающая часть карниза фронтона в виде архитектурного профиля — «гуська», украшена симметрично расположенными пальметтами. В соответствии с древнегреческой традицией в центре фронтона и над его углами расположены акротерии, также в виде пальметт.

Фронтон портика

Общий вид

Дентикулы

По сторонам от портика расположены окна вестибюля. Еще два вестибюльных окна фланкируют дверь главного входа. Над боковыми окнами вестибюля размещены львинные маскароны, вписанные в круглые медальоны и тяжелые по пропорциям прямые сандрики.

Окна вестибюля по сторонам от портика

Над портиком расположен барельеф в виде гирлянд, ритмически «перебиваемых» шестью триумфальными венками. Над ними архитектор расположил шесть величественных женских фигур — кариатид, которые держат в руках книги и венки мудрости и знаний.

Отделка верхней части центрального ризалита

Общий вид барельефа из венков, кариотид и барельефов (armatura ) по сторонам

Кариотиды обоих видов

Справа и слева от этого ряда кариатид, на свободном поле стены ризалита, следуя древнеримским декоративным образцам, расположена так называемая арматура (лат. armatura — вооружение; элемент архитектурного оформления из воинских доспехов, в центре которых размещается так называемая анкила — щит Марса).

«Арматура»

Хорошего выноса карниз в своей поддерживающей части украшен симметрично расположенными барельефами из львиных маскаронов.

Карниз

Над карнизом расположен аттик-парапет, более высокий и величественный за счет баз, помещенных в углах квадратного в плане ризалита, на которых в свое время размещались жертвенные треножники с имитацией огня (ныне утраченные и, к сожалению, не восстановленные). Кроме того, между этими базами находятся так называемые антификсы — стоячая фигурная карнизная черепица, прикрывающая стыки плоской кровельной черепицы и размещаемая над слезниковой плитой парапета, а также над некоторыми сандриками оконных проемов флигелей.

Антификсы

Оформление боковых окон центрального крыла

Фасадные плоскости книгохранилища и служебного флигеля оформлены совершенно идентично. Служебный флигель расположен справа по фасаду, выходящему на Пастера, симметрично корпусу хранилища. Оба они увенчаны пологими фронтонами с акротериями на них. Раскреповки выделяют из каждого из боковых фасадов вертикально расположенные полосы оконных проемов в пределах цокольного (итал. zoccolo) и вышестоящих этажей. Окна украшены сандриками (верхняя часть сандриков — греческий орнамент «набегающая волна» в интерпретации стиля «модерн») и обрамляются наличниками, квадратные плоскости под окнами имеют барельеф в виде двойного креста — древнеримский мотив, чрезвычайно популярный в конце XIX — начале XX века. В простенках между окнами, над сандриками, расположены картуши с лентами и геометрическими фигурами.

Детали оформления боковых крыльев

Оформление полуподвального этажа

На стыке главного и служебного флигелей устроена арка проезда, ведущая в огромный двор позади здания, ограниченный с тыльной стороны смежными участками домов по Конной, 14 и переулку Ляпунова, 8.

Общий вид арки проезда

Фрагмент орнаментального обрамления проема арки проезда

Группа из трех геометрических филенок над аркой проезда

Оба вышеописанных объема сдвинуты с красной линии вглубь участка, благодаря чему образуются обширные палисадники, отделенные от улицы высокими оградами с каменными стойками. Решетки оград и ворота, установленные впритык к центральному объему выполнены в стиле модернизированного неоклассицизма.

Ворота и ограды палисадников

Фрагмент полотнища ворот

Навершие пилона ворот

Ограждения полуподвальных приямков

Фасад книгохранилища (точнее его старая часть, неразрывная со зданием библиотеки) выходит так же в переулок Ляпунова, где его ширина составляет пять оконных осей. Оформление здесь полностью повторяет таковое со стороны Пастера.

Дворовые фасады книгохранилища и служебного крыла традиционно оформлены скромнее лицевых. Все декорирование сводится в основном к простым прямоугольным междуэтажным филенкам и квадратным геометрическим вставкам.

Дворовые фасады боковых крыльев

Балконное ограждение

Общий вид книгохранилища

Объем читального зала оформлен значительно пышнее. Огромные боковые окна дополнены внизу небольшими проемами, выделенными из их контекста пышными наличниками с треугольными сандриками. Устроены они были не только как средство обогащения фасада читального зала и его интерьера, но и для дополнительного освещения столов в дневное время. Интересно, что с внутренней стороны их оформление практически идентично фасадному. Над огромными окнами размещены тяги меандра и большие прямоугольные барельефы с пальмовыми ветвями и щитами.

Объем читального зала

Общий вид со стороны нового книгохранилища

Общий вид из арки проезда

Нижняя часть боковой фасадной плоскости читального зала

Торцевой фасад читального зала представляет собой эффектный полукруглый в плане ризалит, фланкированный высокими и массивными по пропорциям пилонами.

Полукруглый ризалит читального зала (женское отделение)

Расположенная под карнизом ризалита пышная орнаментальная тяга служит его главным декоративным украшением.

Орнаментальная тяга над окнами ризалита, фрагмент

Дополнительные архитектурные объемы

Навершие вентиляционной шахты

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
История и хронология библиотеки
«Бібліотечні будівлі в контексті сучасної моделі інформаційно-комунікативної діяльності бібліотек України. Матеріали Всеукраїнського симпозіуму, присвяченого 100-річчю (1907-2007) будівлі ОДНБ ім. М. Горького»
«Життя тривалістю 100 літ: До ювілею будівлі ОДНБ ім. М. Горького». О. Ф. Ботушанська
«Архитектурно-конструктивные особенности здания Одесской публичной библиотеки». В. А. Лисенко

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Одесская национальная научная библиотека им. М. Горького. История дореволюционного периода: основание и строительство

Архитектура Одессы — Mon, 14 Apr 2014 23:06:53 +0200

Пастера, 13

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Датой основания одесской городской публичной библиотеки следует считать 1829 год. Это знаменательное культурное событие в жизни молодого портового города стало возможным благодаря общественным инициативам.

Так, в феврале 1829 редактор газеты «Одесский вестник», действительный статский советник (и градоначальник Одессы в 1831-1837 г.г.) Алексей Ираклиевич Левшин подал генерал-губернатору М. С. Воронцову докладную записку следующего содержания:

«Я употребил бы во зло снисходительное внимание Вашего Сиятельства и даже оскорбил бы особу Вашу, если б стал доказывать перед Вами пользу учреждения публичной библиотеки... Если мысль сия заслуживает одобрения Вашего Сиятельства, то позвольте употребить составленный газетой капитал в сумме 15 тысяч рублей на покупку книг, кои составят основание здешней городской библиотеки. Полагать должно, что частные приношения деньгами и книгами доставят значительные средства к достижению желанной цели. Щедрость и любовь к просвещению Ваши послужат первым примером. Подражая оному, и я буду покорнейше просить общество городское принять от меня приношение книгами.»

В соответствии с прошением графа М. С. Воронцова, император Николай I 13 (25) сентября 1829 г. издал указ об образовании в Одессе городской публичной библиотеки — второй в Российской империи (после Санкт-Петербурга). Поскольку в Одессе в конце 1829 вспыхнула эпидемия чумы, открытие библиотеки состоялось только 15 (27) апреля 1830 года. К этому времени ее собрание насчитывало уже 5000 книг. С первых лет своего существования Библиотека рассматривалась как центральная в Новороссийском крае.

Большой вклад в библиотеку сделал сам М. С. Воронцов. Он подарил библиотеке 600 томов французских классиков в роскошном издании Фирмена Дидо. Примеру губернатора последовали богатые одесситы, и количество книг в библиотеке начало быстро расти.

В 1831 году всем одесским типографиям и литографиям последовал указ предоставлять в библиотеку по два экземпляра всех печатавшихся изданий. Особую ценность составляли коллекции: графа М. М. Толстого (более 40000 изданий), Г. Г. Маразли (10000 томов), коллекция по технике профессора В. И. Тимонова (1085 книг и брошюр), по экономике и юридическим наукам — А. А. Борзенко (851 ед.), библиотека археолога П. А. Бурачкова (3176 томов) и др.

Среди иностранных жертвователей, фигурирующих в отчетах библиотеки еще с 1850-х годов, были библиотеки Парижа, библиотека Британского музея, библиотека Конгресса США, Смитсонианский университет (Вашингтон), прочие университеты — Парижский, Пражский, Пекинский, Гарвардский.

Дом Папудова на Соборной площади, где в 1874 году находилась Городская публичная библиотека

Более полувека публичная библиотека размещалась последовательно в здании «присутственных мест» на Приморском бульваре, в доме Великанова на Греческой улице (1874 г.), в доме Папудова (с 1874 года) и в специально построенном здании на Думской площади, где помещения библиотеки соседствовали с экспозицией Музея истории и древностей (ныне здание занимает Археологический музей).

Именно здание по нынешнему адресу Ланжероновская, 4 (1883, арх. Ф. В. Гонсиоровский), сооруженное преимущественно на средства известнейшего мецената и тогдашнего городского головы Г. Г. Маразли, было первым более или менее самостоятельным сооружением для размещения главной библиотеки города.

На содержание библиотеки выделялись деньги из городского бюджета. По смете на 1890 год значилось: заведующему 1500 руб.; двум помощникам 1980 руб.; писцу 420 руб.; трем служителям 972 руб.; на покупку книг и выписку журналов 1300 руб.; на переплет книг 500 руб.; на отопление и освещение 750 руб.; на хозяйственные, мелочные и разные расходы 396 руб. Всего 7818 руб.

Здание Музея Общества истории и древностей (Археологический музей), часть которого отводилась библиотеке до постройки самостоятельного здания на Херсонской (Пастера)

Открытка конца XIX века

Главный фасад, современное состояние

Город шел на эти расходы, считая, что та пользу, которую приносит библиотека, с излишком их окупает. Однако к началу XX века стремительный рост книжного фонда показал, что необходимо здание, способное на многие десятилетия вперед обеспечить нормальное размещение и функционирование библиотеки.

На торжественном собрании, посвященном пятидесятилетнему юбилею библиотеки, М. Ф. Дерибас назвал библиотеку «кочующей», а ее книги «долго уже просящими самостоятельного, более соответствующего их богатству и значению помещения».

В отчете библиотеки за 1901 год, отмечалось:

«...теснота помещений, лишающая возможности расширять в желательной мере функции библиотеки, отсутствие необходимейших удобств для посетителей, из которых многие проводят по 5-6 часов в залах за работой, не без вреда, конечно, для себя вдыхая очень спертый вследствие отсутствия вентиляции воздух, а главное то обстоятельство, что с каждым днем все резче и резче выступают недостатки здания в пожарных отношении, так как оно сооружено без соблюдения элементарных правил противопожарной безопасности...»

В том же году попечитель библиотеки граф М. М.Толстой пишет в городскую управу:

«Помещение библиотеки все уже занято книгами, и в настоящее время осталось весьма незначительное количество свободных полок, сооружение которых, в виду отсутствия свободных мест, должно быть окончательно прекращено; также чувствительно сказывается теснота в читальном зале, в котором весьма часто не могут разместиться все посетители...»

Главный попечитель библиотеки — граф М. М. Толстой (Копия портрета кисти Н. Кузнецова, хранящаяся в зале бывшего музея на втором этаже библиотеки. Оригинал украшает Зеленый зал Дома Ученых)

В 1903 году Городская Дума ассигновала средства на строительство специального здания библиотеки и в конце того же года был отведен участок на ул. Херсонской (ныне угол ул. Пастера и пер. Ляпунова). Место избрали неподалеку от университетского комплекса (имеется в виду Медицинский факультет Новороссийского университета). Архитектор Ф. П. Нестурх составил «несколько проектов постройки и эскизов фасада здания» (одних вариантов фасада насчитывалось шесть). И то и другое обсуждала специальная комиссия, в которую, кроме ее председателя, городского головы П. А. Зеленого, вошли следующие наиболее видные лица: попечители библиотеки граф М. М. Толстой и Я. А. Новиков, из среды гласных А. А. Швенднер и особо приглашенные специалисты — инженеры Н. А. Депп и И. А. Лишин, а также архитекторы А. О. Бернардацци и Ю. М. Дмитренко вместе с библиотекарем Л. Ф. Бруном.

Один из рассмотренных вариантов проекта будущей библиотеки. Реализация имеет ряд отличий.

Заседание комиссии состоялось 22 февраля 1904 г., после чего Ф. П. Нестурх получил командировку в Харьков, Москву, Петербург и Варшаву «для ознакомления устройства русских библиотек, которые сооружены в недавнее время по заграничным образцам».

«Субкомиссия (архитекторы А. О. Бернардацци, Ю. М. Дмитренко, председатель граф М. М. Толстой), детально рассмотрев эскизные проекты постройки, а также несколько эскизов фасадов и приняв в соображение подобного рода сооружения в других городах Европы и Америки и местные условия, остановилась на одном из них. Идея проектируемого сооружения такова: читальный зал, расположенный внутри двора, с тою целью, чтобы избежать уличного шума и пыли. Он помещен в центре здания, вблизи книгохранилищ и служебных комнат. Освещение спроектировано с двух сторон. Вход в него из аванзалы с верхним светом. При проектировании книгохранилища принята система магазинов. Корпус его изолирован от других библиотечных помещений глухой брандмауэрной стеной и выходит на Софиевский (ныне Ляпунова) переулок. Книгохранилище предполагается устроить из отдельных невысоких (3 ¼ — 3 ½ арш.) этажей, разделенных между собой сплошными огнестойкими потолками. Предполагается также устройство подъемников. Освещение — боковыми окнами.»

— Изв. Одес. гор. думы, 1904, № 55, С. 960-961.

В июле 1904 года исполнительная комиссия приняла решение строить библиотеку не хозяйственным, а подрядным способом. На строительство выделялось 156187 руб. 48 коп. Комиссия объявила конкурс желающих принять участие в строительстве библиотеки. Победителем стал архитектор А. О. Бернардацци , который согласился возвести помещения библиотеки в 145 тыс. рублей. Исполнительная комиссия также отметила, что основным требованием при строительстве библиотеки является использование лучших образцов отечественных строительных материалов .

Мраморная рекламная табличка архитектора Ф. П. Нестурха на фасаде библиотеки

Технические условия к проекту на постройку здания Одесской Городской Публичной Библиотеки («Кондиции подряда постройки здания Одесской Городской Публичной Библиотеки», 1904 г.) предусматривали:

«1. Земляные работы. Выемка земли для подвала и под фундаменты должна быть доведена до твердого и прочного грунта (материка), но тем не менее 0,6 м глубины от поверхности земли… Весь снятый на месте чернозем должен быть сохранен для насыпей и подсыпок под насаждения. Ширина и соответственное углубление подошвы фундаментов определяются в каждом отдельном случае, в зависимости от состояния раскрытой почвы — по указанию технического надзора.»

«2. Каменные работы. Бутовая плита для кладки фундаментов должна быть твердой породы, звонкая, однородного строения, без мягких прослоек или больших пустот. Излом камня должен иметь совершенно плотное и кристаллическое сложение… Дикарь должен быть свободен от глинистых частей и представлять кристаллический излом. Бетон. Состав бетона должен быть следующим: 6 частей гравия или гранитного щебня, 3 части песка и 1 часть цемента. Штучный камень, если таковой потребуется в добавление к годному камню от разборки существующих построек, должен быть первого сорта, твердый, однородный без прослоек, густой, сухой и выдерживающий давление не менее 1 пуда на кв. дюйм. Употребляемый кирпич должен быть хорошо выжжен, давать плотный однородный, мелкозернистый излом, должен быть почти одноцветен. Хорошо тесаться и при ударе издавать чистый металлический звук; формы он должен быть правильной, не покоробленной, без трещин, известковых и мергелевых частиц и больших углублений, постоянный на воздухе, не размокающийся и не разлагающийся в воде. Временное сопротивление кирпича на раздробление должно быть на менее 30 пуд. на 1 кв. дюйм. В местах, где нагрузка на кв. дюйм превышает 3 пуда, должен быть употребляем итальянский, марсельский или феодосийский кирпич высшей прочности. Известь должна быть жирная, кодымская, оргеевская или греческая. Цемент должен быть портландский, новороссийских заводов, или другой соответствующего качества. Песок допускается только чистый без всяких примесей ила… До употребления в дело песок должен быть тщательно просеян. Кладка стен. На случай применения в каких-либо частях здания кладки из штучного пиленого камня, забутка производится целыми камнями на густом растворе под лопатку с небольшой заливкой. Заполнение середины стены обломками камня, кирпича, или мусором и жидкой заливкой безусловно не допускается. Для горизонтальных перекрытий должны быть применены горизонтально-потолочные на тавровых балках с заполнениями в зависимости от размеров и назначения помещений: а) — кирпичными сводиками, б) — конструкциями Клейна или в) — Шюрмана с железными планками (по Клейну плоскими в каждом ряду, по Шюрману пузырчатыми через три ряда), не исключая возможности устройства и обыкновенных сводов без тавровых балок, кирпичных. Кроме сказанного могут быть применены также потолочные перекрытия системы Кракаона или Гюртлера.»

«3. Столярные и плотничные работы. Употребляемый в деревянных строительных работах лесной материал, сосновый и дубовый, должен быть здоровый, сухой, прямослойный, без сучьев, синевы и червоточин… Весь столярный лес до употребления в дело должен быть искусственным путем высушен. Переплеты делаются в шпунт и с наплавом и вяжутся двойным шипом. Двери делаются также наплавом. Вообще все столярные работы исполняются по детальным чертежам и рисункам и должны отличаться тщательностью, чистотой и отчетливостью в исполнении… При выборе дубового леса должно быть обращено особое внимание на его сложение по рисунку фибр, слишком крупное сложение фибр не пригодно… Замазывание мастикой неправильностей в пригонке не допускается. Полы. Во всех помещениях, где на деле понадобятся дубовые и паркетные полы, таковые должны быть сделаны во фриз. Для дубового паркета клепки употребляются мелкого калибра. Плинтуса при паркетах должны прибиваться к пробкам в стене, а не к полу.»

«4. Крыши. Кровельное железо должно быть русское, первого сорта, завода Демидовых или Яковлевых. Водосточные трубы доводятся до земли; под концы труб должны быть устроены лотки по указанию.»

«5. Штукатурные работы. Наружная штукатурка здания обрабатывается по тонам в виду поверхности под характер натурального камня, — во всем остальном штукатурная работа исполняется по общим существующим правилам искусства, обязательно по маякам. Все скульптурные работы должны быть исполнены по рисункам, тщательно установлены и укреплены должным образом железными скреплениями. Скульптурные работы фасадов должны быть лучшей цементной отливки. Они должны и по форме, и по исполнению отличаться чистотой отделки и изяществом, что в равной мере относится и к внутренним и лепным работам.»

«6. Оконные и дверные приборы. Приборы к окнам и дверям поставляются подрядчиком не иначе, как по представленным и одобренным Исполнительной Комиссией образцам. Все наружные двери и окна снабжаются железными угольниками.»

«7. Стекольные работы. Все вообще стекла в окнах и дверях поставляются согласно сметного назначения и должны быть совершенно чисты и не иметь ни волосков, ни пузырей, ни волн и вообще должны соответствовать качеству первого сорта.»

«8. Водопроводные работы. Водопроводные трубы укладываются, где только возможно открытыми или заслоненными с полной возможностью осмотра… Все водопроводы должны быть испытаны в присутствии технического надзора надлежащим давлением и принимаются только по совершенно удовлетворительному исходу испытания. Все трубы должны быть защищены от мороза, т. е. соответствующим образом покрыты.»

«9. Водосточные работы. Водостоки должны быть продолжены до городского и присоединены к нему теми же гончарными трубами. Водосточные трубы в пределах здания и на 2 сажени от фасадной линии проложить в трех футовых доступных тоннелях с дозорными колодцами.»

Торжественная закладка здания Городской публичной библиотеки

Весь 1904 год ушел на составление проекта, организацию работ и заготовку материалов, а с весны 1905 г. приступили к строительству (подрядчик, как уже отмечалось ранее — архитектор А. О. Бернардацци). В результате новое здание Одесской Городской Публичной Библиотеки, заложенное 15 апреля 1905 г., было закончено и открыто для посетителей 20 февраля 1907 г.

В статье об этом выдающемся событии «Одесский листок» пишет:

«Сооружение действительно заслуживает похвалы, — все предусмотрено, все обставлено в высшей степени целесообразно. Интересная подробность: читальный зал совершенно изолирован от служебных помещений, т. е. предоставлен публике: порядок, тишина и проч. должны придерживаться исключительно ею, без вмешательства служащих».

В историческом очерке «Одесская городская публичная библиотека 1830-1910 г.г.», директор библиотеки с 1896 г. по 1920 г., проф. М. Г. Попруженко писал:

«...новое здание для библиотеки может считаться по удобству, обилию помещений и их обширности, по мерам, принятым против пожара, — одним из лучших в России. Книгохранилище, состоящее из ряда отдельных этажей, оборудованных передвижными полками, само по себе представляет вполне безопасное на случай пожара сооружение, а кроме того, оно и совершенно изолировано от других помещений, при планировке и расположении которых строителем и составителем проектов архитектором Ф. П. Нестурхом соблюдалась общая связь и близость по назначению их».

Виды библиотеки на старых фотографиях

Фотография рубежа 1900-10-х г.г.

Действительно, на долю талантливого архитектора Ф. П. Нестурха выпало немало творческой и кропотливой работы. Сооружение Одесской публичной библиотеки было настоящей архитектурной жемчужиной, соответствуя при этом всем передовым требованиям своего времени, которые не устарели до сих пор. Неоспоримо и то, что в творчестве украинского зодчего библиотека стала главным зданием.

Общий вид библиотеки (из путеводителя начала 1910-х г.г.)

Слайд стереопары

Торжества по случаю открытия библиотеки начались молебном. Было зачитано приветствие Архиепископа Херсонского и Одесского Дмитрия, в котором он назвал библиотеку «славным просветительным учреждением», а также «добрым светочем, созданным христианской Одессой». Много поздравлений по случаю открытия библиотеки поступило из Петербурга, Москвы, Аккермана, Астрахани, Вильно, Константинополя и многих других городов. На молебне присутствовали одесский градоначальник генерал-майор А. Г. Григорьев, городской голова В. Я. Протопопов, гласные думы и представители общественности.

Открытки с изображением Библиотеки

Открытка рубежа 1900-10-х г.г.

Открытка рубежа 1900-10-х г.г

С целью возможного расширения площади библиотеки в 1909 г. граф М. М. Толстой приобрел на собственные средства рядом с библиотекой (по переулку Ляпунова) участок земли размером 281,17 кв. саженей. Благодаря этому дальновидному поступку, библиотека в конце 1960-х годов получила возможность расширения за счет нового книгохранилища.

Отрывная открытка

В истории библиотеки нельзя не отметить заслуги многих замечательных людей, которые в разное время возглавляли ее. Это историк Николай Никифорович Мурзакевич, профессор Владимир Алексеевич Яковлев, литератор Михаил Феликсович Дерибас и его сын, популярный в Одессе писатель-историк Александр Михайлович Дерибас, автор книги «Старая Одесса», который много внимания уделял краеведению (он же ввел в употребление слово «Одессика»). Все они занимали почетную тогда в городе должность со скромным названием «библиотекарь». Необходимо также отметить важную роль в истории библиотеки института попечительства, который был введен в 1874 году. Попечителями от городской думы были: барон А. Ф. Стуарт, К. К. Сикард, И. В. Тимонов, О. И. Кирпичников.

Особо важную роль в развитии библиотеки сыграли ее директор с 1896 года профессор Новороссийского университета Михаил Георгиевич Попруженко (автор исторического очерка «Одесская городская публичная библиотека. 1830 — 1910») и попечитель библиотеки с 1897 по 1917 г.г., почетный гражданин Одессы, граф Михаил Михайлович Толстой.

Открытка начала 1910-х г.г.

Именно их деятельность сделала городскую публичную библиотеку одним из крупнейших культурных центров Одессы начала ХХ века. Было построено новое здание, отлажены тесные контакты со многими библиотеками мира, выпущены новые печатные каталоги и организована мастерская переплетного дела. Кроме того был открыт «библиотечный музей», который по своим функциям фактически соответствовал статусу первого музея истории Одессы.

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Использованная литература и архивы

История и хронология библиотеки
«Бібліотечні будівлі в контексті сучасної моделі інформаційно-комунікативної діяльності бібліотек України. Матеріали Всеукраїнського симпозіуму, присвяченого 100-річчю (1907-2007) будівлі ОДНБ ім. М. Горького»
«Життя тривалістю 100 літ: До ювілею будівлі ОДНБ ім. М. Горького». О. Ф. Ботушанська
«Архитектурно-конструктивные особенности здания Одесской публичной библиотеки». В. А. Лисенко

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Одесская национальная научная библиотека им. М. Горького. Архитектура. Интерьеры и планировка

Архитектура Одессы — Mon, 14 Apr 2014 23:06:06 +0200

Пастера, 13

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Световые проемы, устроенные на боковых торцах портика главного входа обеспечивают дополнительное освещение пространства непосредственно перед входной дверью, поскольку его значительная глубина является естественной причиной недостаточной инсоляции. Кроме того торцы, почти лишенные декоративных элементов, так или иначе композиционно оживляются. Массивная, строгая дверь главного входа фланкирована окнами, освещающими вестибюль. Еще два вестибюльных окна фланкируют сам портик.

Оригинальные схемы планировок из числа иллюстраций печатного издания начала 1910-х г.г., посвященного зданию библиотеки

План I этажа

План II этажа

Со стороны просторного вестибюля размещен большой четырехстворочный деревянный тамбур (две створки расположены на его боковых торцах).

Тамбур входной двери в вестибюле

Выложенный кафелем пол в тамбуре (видны следы ремонтов и замена отдельных поврежденных плиток подходящими по размерам, но отличающимися по орнаменту)

Основное пространство вестибюля решено трехобъемным и визуально разделено мощными потолочными балками, поддерживаемыми у стен канеллированными колоннами дорического ордера. Плоские перекрытия вестибюля практически лишены лепного декора, если не считать сдержанного образца лепную розетку в центральной части потолка основного объема.

Вестибюль

Общий вид в сторону входа в аванзал

Вестибюль, элементы оформления

Перегородка между вестибюлем и объемом аванзала прорезана большими остекленными проемами, благодаря которым улучшается естественное освещение последнего. В центре перегородки расположена дверь, ведущая в аванзал, фланкированная по сторонам сдвоенными дорическими пилястрами.

Вход в аванзал

Под крайними проемами вышеозначенной перегородки устроены вычурные балюстрады, геометрические центральные части которых дополнены по сторонам фигурами мифических крылатых львов. Балюстрады не являются глухими и пространство, не занятое скульптурно-декоративным заполнением — сквозное.

Балюстрады под крайними световыми проемами между аванзалом и вестибюлем

Одним из главных украшений как вестибюля, так и следующего за ним аванзала является великолепная кафельная плитка нескольких разновидностей. Центральная часть пола вестибюля, между тамбуром главного входа и дверью аванзала составлена в виде равнобедренного ромба.

Кафельная облицовка пола в вестибюле

Уровень пола аванзала немногим выше такового в вестибюле, ввиду чего перед дверью, ведущей в аванзал устроена небольшая лестница в три ступени.

Большой восьмиугольный в плане аванзал занимает высоту обоих этажей главного крыла и освещается круглым световым фонарем, расположенным в центре высокого купольного перекрытия. По периметру аванзала на уровне второго этажа устроена обходная галерея с каменной балюстрадой геометрического рисунка. Перекрытия галереи поддерживаются нарядными мраморными колоннами ионического ордера. Непосредственно под сводами во времена последней масштабной реставрации были в общих чертах воссозданы росписи, изображающие жертвенники-треножники на фоне предгрозового неба.

Аванзал на уровне первого этажа

С точки зрения планировки аванзал является узловым относительно всех основных помещений библиотеки. С правой стороны (при взгляде от вестибюля) расположены каталожная и парадная лестница, ведущая на второй этаж и освещаемая окнами, выходящими в сторону углового палисадника. С левой стороны размещено окно выдачи и сдачи книг и служебная лестница, сообщающаяся с полуподвалом и техническими помещениями второго этажа, но в отличии от основной не имеющая выхода на галерею аванзала. Вход в читальный зал размещен на одной оси с главным входом с улицы и дверью между вестибюлем и аванзалом. Окна каталожной и отдела приема/сдачи книг, а так же двери читального зала и вестибюля решены в виде массивных неоклассических порталов увенчанных пышными треугольными сандриками.

Над остальными проемами, устроенными на первом этаже аванзала, Нестурх разместил пышные горизонтально вытянутые филенки, заполненные мелким ленточным орнаментом из пальметт, которые повторяют очертания акротериев на фасадных сандриках и портике здания.

Орнаментальная филенка над одним из оконных проемов со стороны аванзала

В центральной части пола аванзала выложен пестрый восьмиугольник (согласно форме самого аванзала) из кафельной плитки нескольких видов.

Аванзал на уровне второго этажа

Одно из восстановленных изображений жертвенного треножника

Широкая мраморная парадная лестница сохранила великолепные эклектические ограждения секционного типа. С точки зрения идеи дизайна они не являются уникальными ни для Одессы, ни для Российской империи в целом. Основным композиционным элементом каждой секции служит большая кованная спираль из квадратного в срезе профиля, пространство вокруг которой имеет великое множество вариантов заполнения более мелкими элементами. Впрочем подобные перила были достаточно дорогими в изготовлении, и в бюджетных домах практически не встречались. Вариант дизайна перил на парадной лестнице в библиотеке и вовсе уникален и не имеет повторений в масштабах Одессы.

Парадная лестница

pastera-13_interior_1097.jpg Вид с галереи аванзала

Перила

Элементы убранства

Тамбур двери, ведущей в курдоньер

Облицовка площадок кафелем

Лестница состоит из четырех пролетов внушительной длины и ведет из полуподвала на галерею аванзала на втором этаже, которая сообщается в свою очередь с помещениями малых читален, музея (ныне занятого отделом «Одессика») и небольшой площадкой с каменным ограждением, венчающей сандрик над дверью его главного входа и имеющей скорее декоративное, нежели практическое назначение.

Служебная лестница оборудована ограждениями несколько более скромного дизайна, однако к бюджетным вариантам не относящегося. Ограждения выполнены в стиле модернизированной эклектики и состоят из большого количества совершенно идентичных секций относительно небольшой ширины.

Служебная лестница

Перила

Стены лестничных клеток оживляются орнаментальными трафаретными тягами с меандровой орнаментацией, воссозданными в сравнительно недавнее время по записям и эскизам архитектора Нестурха.

Тамбур двери, ведущей в палисадник

Обе лестницы сообщаются с палисадниками, образованными отступающими от красной линии боковыми крыльями здания.

Вышеупомянутый музей, изначально носивший имя одного из главных покровителей библиотеки, графа М. М. Толстого, который фактически оплатил 50% строительной сметы при возведении ее нового здания, создавался как хранилище особо ценных книг и экспонатов, связанных с историей библиотеки и ее покровителей. Планировочно основной зал музея расположен над вестибюлем и имеет аналогичные размеры.

Зал музея

Фотография интерьера музея из числа иллюстраций печатного издания начала 1910-х г.г., посвященного зданию библиотеки

Освещение осуществляется посредством большого остекленного фонаря на крыше здания.

Как и вестибюль, зал композиционно разделен на три части посредством мощных потолочных балок, опирающихся на стройные ионические колонны.

Большая центральная часть зала украшена трафаретным фризом и выразительным лепным карнизом очень сдержанной орнаментации.

Аутентичная вентиляционная решетка

Большой читальный зал библиотеки поражает тонким балансом между красотой и практичностью, являясь настоящим чудом архитектурной мысли. Зал, расчитанный на 275 мест, не считая дамского отделения на 25 мест, занимавшего полукруглый ризалит на торцевой части центрального крыла со стороны двора, был расположен с расчетом максимальной изоляции посетителей от шума и пыли с улицы. Вокруг внутридворового объема, занимаемого залом, изначально предполагалось разбить сад, что все же не было реализовано в полной мере.

Нереализованным остался и вариант дальнейшего расширения книгохранилища, которое должно было в конечном счете соединиться с объемом зала с внешней торцевой стороны, что обеспечило бы двухстороннюю подачу книг и сократило бы их путь к посетителям из наиболее отдаленных помещений книгохранилища.

При дамском отделении в цокольном этаже были предусмотрены отдельные уборные, там же располагались и несколько технических помещений иного назначения. Дамская часть читального зала отделена от основного его объема широким прямоугольным проемом со вписанной в него колоннадой.

Благодаря ориентации по сторонам света и двухстороннему освещению посредством огромных окон почти во всю высоту стен, читальный зал отличается великолепным уровнем инсоляции. В дневное время даже наиболее отдаленные от окон столы не требуют дополнительного света, хотя все рабочие места в зале все же оборудованы стационарными настольными лампами.

Читальный зал

Простенки между окнами зала украшены бюстами выдающихся классиков русской литературы — Л. Н. Толстого, А. П. Чехова, А. С. Пушкина, А. Н. Островского, Ф. М. Достоевского, И. С. Тургенева, Н. В. Гоголя и М. Е. Салтыкова-Щедрина. Окна выделены массивными наличниками с измельченной орнаментацией, а периметр основного объема зала окружен пышным орнаментальным фризом.

Бюсты выдающихся русских литераторов

Декор наличников световых окон

Орнаментальные тяги

Над проемом с колоннадой, ведущим в дамское отделение размещена тройная гирлянда, во многом повторяющая таковую на фасаде над портиком главного входа. В центре над гирляндой расположены часы с пышным лепным обрамлением.

Общий вид колоннады, отделяющей зал от дамского отделения, гирлянды с часами над ней и медальонов по сторонам

На стенных плоскостях по сторонам от колоннады установлены круглые медальоны с портретами Леси Украинки и Тараса Шевченко — наследие меценатов 1990-х годов. До революции здесь располагались портреты царя Николая II и графа М. М. Толстого, изображавшие их в полный рост.

Дамское отделение

Капитель дорической пилястры в простенке

Вход в читальный зал отмечен порталом, аналогичным таковому со стороны аванзала. Портал венчается вышеупомянутой обзорной площадкой. По сторонам от двери симметрично расположены оконные проемы аванзала, а по краям — входы в помещения каталожной и пункта выдачи и сдачи книг. И дверные и оконные проемы оформлены аналогично порталу входа в зал.

Оформление главного входа в читальный зал и световых проемов между ним и аванзалом

Перекрытия зала — плоские, на потолке расположены три лепные розетки круглой формы, центральная из которых имеет большие по отношению к крайним размеры и оформлена пышнее.

Потолок

Общий вид

Пышное лепное обрамление одного из круглых вентиляционных отверстий над карнизом

Средства электрического освещения

Внутренние помещения служебного крыла отличаются высокой степенью рациональности и тщательно продуманной планировкой, хотя просторная главная лестница освещена хуже из-за отсутствия предназначенных для этого окон, функция которых возложена на внушительных размеров остекленный потолочный фонарь.

К главному входу в служебное крыло ведет невысокая элегантно изогнутая лестница в несколько ступеней, преодолев которую посетитель попадает в просторный и хорошо освещенный шлюз.

Шлюз лестничной клетки служебного крыла

Сама лестничная клетка имеет в плане форму сильно вытянутого прямоугольника, дальний от входа торец которого изогнут полукругом.

Парадная лестница служебного крыла

Для улучшения освещения лестницы реализовано весьма оригинальное архитектурное решение — по мере подъема ширина пролетов и площадок уменьшается, что позволяет пропустить больше света к ее нижним ярусам.

Световое окно помещений третьего этажа

В качестве ограждений установлены перила полностью аналогичные таковым на служебной лестнице главного крыла. Вторая, техническая (пожарная) лестница расположена в противоположной части крыла и оборудована входом со стороны двора.

Перила

Потолок лестничной клетки

Двери

Книгохранилище, размещенное в угловой части участка, занимаемого зданием библиотеки, неоднократно подвергалось реконструкциям и в качестве описания более целесообразно процитировать самого Ф. П. Нестурха:

«Одной из функциональных частей библиотеки является книгохранилище, которое было запроектировано и построено в соответствии с самыми передовыми методами устройства подобных зданий. Для этой цели на средства городской управы автор проекта совершал ознакомительные поездки в Петербург, Москву и др. В процессе строительства представители Технического общества посещали и контролировали постройку книгохранилища. Книгохранилище занимает отдельный корпус общего здания Библиотеки и расположено с левой стороны последнего, отделяясь от него в плане нешироким переходом, а по высоте (от перехода) — сплошным каменным брандмауэром. Построено книгохранилище, как и все здание Библиотеки, из кирпича. Размеры его 6x8 сажень (сажень равен 2,13 м. — прим. ред.).»

«Книгохранилище имеет 7 невысоких этажей, разделенных сплошными потолками, причем 2 этажа книгохранилища равны одному этажу главного корпуса. Высота каждого из 7 этажей — 3¼ арш. (аршин — 0,7112 м). Такая высота придана для удобства обслуживания с расчетом, чтобы книги с самой верх-ней полки книжного шкафа можно было доставать без помощи лестницы, скамейки или другого какого-либо приспособления. Все потолки устроены по системе Клейна из кирпича плашмя при пролете около 2-х аршин. Поверх кирпича по бетону устроены мозаичные полы. Лестница, обслуживающая книгохранилище, расположена здесь же, но изолирована в отдельную клетку тонкими огнестойкими перегородками.»

«В каждом ярусе по обеим сторонам среднего прохода установлены двухсторонние стеллажи — шкафы для книг специального устройства. С одной стороны 9 и с другой 10 штук. Кроме того, у стены устроены шкафы односторонние. Основные стенки шкафов, сделанные из двутаврового железа, проходят по всей высоте здания, составляя собою одновременно и конструктивную часть для поддержания потолочных перекрытий и крыши. Полки для книг сделаны передвижными, для чего в закраинах двутавровых стоек просверлены, на близком расстоянии друг от друга, небольшое отверстия, в которые входят шпинделя от полок. Сама полка состоит собственно из деревянной доски и двух металлических щечек, откидывающихся к полке на своем нижнем шарнире. Конструкция этих полок такова, что их с книгами довольно удобно можно переставлять на любую высоту и, при их одинаковых размерах, на любое место. Это условие весьма важно для наилучшего использования книгохранилища, так как каждая полка размещается только в зависимости от величины книг на ней. Чтобы повысить, или понизить нагруженную полку, достаточно вынуть шпиндель из отверстия и подвинуть одну сторону полки в желательную сторону, причем шпиндель так приспособлен, что сам вскакивает в назначенное отверстие; затем таким же образом передвигается другая сторона полки.»

«Для сообщения книгохранилища с главным корпусом устроена только одна дверь, расположенная в 1-м этаже в брандмауэрной стене. Дверь эта дубовая, обитая толстым железом. Из каждого яруса книгохранилища для вытряхивания пыли (терминология XIX века) из книг и на случай пожара устроены небольшие балконы. Все окна и балконные двери сделаны железными, причем окна двух нижних ярусов со стороны улицы сделаны глухими для уменьшения проникновения пыли. Двери лестничной клетки дубовые, обитые толстым железом. Для передвижения книг и в особенности больших фолиантов по ярусам и из распаковочной (помещение в цокольном этаже), а также из канцелярии (расположенной во 2-м этаже главного здания), имеется ручной подъемник, рассчитанный на подъем тяжести в 6 пудов (1 пуд — 16 кг). Все створки подъемника сделаны также дубовые с обивкой толстым железом. Створки эти закрываются автоматически.»

Одно из помещений книгохранилища (фотография их архива библиотеки)

Говоря о своем проекте, Ф. Нестурх в 1912 г. писал:

«До начала постройки количество томов библиотеки определялось не свыше 120 тыс.; с началом постройки и по настоящее время поступают солидные пожертвования книгами, так что теперь количество томов доходит до 175 тыс. При вместимости книгохранилища до 300 тыс. томов оно может еще обеспечить библиотеку примерно на 15 лет. В дальнейшем расширении книгохранилища означенный корпус будет продолжен подобной же при-стройкой, и по ее полном окончании придется только вынуть окна, устроенные посредине торцовой стены корпуса. Функционирование библиотеки при этом не будет приостановлено более нормального, когда производятся ежегодный ремонт и уборка.»

Расширение книгохранилища началось только в 1968 году, когда к его торцу был пристроен вытянутый вдоль переулка Ляпунова новый девятиэтажный корпус. О соответствии нового строения стилю исторического здания никто из проектировшиков не озаботился — огромная железобетонная призма напоминает скорее объект промышленной или военно-оборонительной архитектуры, однако благодаря узости переулка и сильному перспективному сокращению при взгляде с улицы Пастера, ожидаемый диссонанс заметно сглаживается.

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Использованная литература и архивы

«Життя тривалістю 100 літ: До ювілею будівлі ОДНБ ім. М. Горького». О. Ф. Ботушанська
«Архитектурно-конструктивные особенности здания Одесской публичной библиотеки». В. А. Лисенко

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Городская публичная библиотека

Архитектура Одессы — Mon, 14 Apr 2014 00:20:16 +0200

Пастера, 13

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Здание городской публичной библиотеки проектировалось не только как крупнейшее и наиболее изысканное по архитектуре сооружение такого рода в Одессе, но и во всем Новороссийском крае. Архитектору Федору Павловичу Нестурху удалось как реализовать свой лучший проект, так и создать настоящий шедевр архитектуры начала XX века.

Тип здания:

библиотека
общественное сооружение

Стиль:

неоклассицизм
модерн
ретроспективный модерн

Архитекторы:

Ф. П. Нестурх, проект
А. О. Бернардацци, строительство, подряд

Дата строительства:

1904-1906

Статус:

памятник архитектуры и истории национального значения

Современная функция:

Одесская государственная научная библиотека им. М. Горького

Наименования:

Одесская национальная Ордена Дружбы народов научная библиотека им. М. Горького, до 2015 г.
Одесская национальная научная библиотека, с 2015 г.

Второй адрес:

пер. Ляпунова, 10

Библиотека на карте:

Хронология

История до 1917 г.

История после 1917 г.

Фасады

Интерьеры

Слайд-шоу

Библиотека Хронология История до 1917 г. История после 1917 г. Фасады Интерьеры Слайд-шоу

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
История и хронология библиотеки
«Бібліотечні будівлі в контексті сучасної моделі інформаційно-комунікативної діяльності бібліотек України. Матеріали Всеукраїнського симпозіуму, присвяченого 100-річчю (1907-2007) будівлі ОДНБ ім. М. Горького»
«Життя тривалістю 100 літ: До ювілею будівлі ОДНБ ім. М. Горького». О. Ф. Ботушанська
«Архитектурно-конструктивные особенности здания Одесской публичной библиотеки». В. А. Лисенко

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Благодарности

Директору ОННБ им. М. Горького О. Ф. Ботушанской — за помощь и содействие в организации съемки интерьеров.
Дыбе Наталье Матвеевне — за организацию съемки интерьеров и практическую помощь в ее процессе.
Компании «Инкор-Групп» и лично Р. С. Тарпану — за содействие и помощь при сборе материала для данной статьи.

Административное здание и пакгауз торгового дома «Трестер В. Ф. и Ко»

Архитектура Одессы — Fri, 21 Mar 2014 21:26:08 +0200

Успенская, 55

Административно-складской комплекс торгового дома «Трестер В. Ф. и Ко», один из лучших в Одессы примеров так называемой «золотой середины» между функциональностью и эстетичностью, уже больше столетия украшает один из кварталов улицы Успенской.

Тип здания: административное здание, склад
Стиль: немецкий ренессанс, модернизированная эклектика, кирпичный стиль
Архитектор: неизвестен
Дата строительства: 1910 (?)
Статус: не определен

Фасад

Общий вид

Узкий, уходящий далеко вглубь квартала участок по нынешнему адресу Успенская, 55, в первой половине 1900-х годов принадлежал Л. Баллу. В 1904 году его приобрел Вильгельм Францевич Трестер, владевший собственным торговым домом «Трестер В. Ф. и Ко».

Торговый дом занимался реализацией угля, дров, бумаги, вил, лопат, гвоздей, железа, чая. Кроме того, фирма Трестера была представителем Русского общества торговли аптекарскими товарами, пистонно-патронного завода бывшего Селлие и Белло в Риге, Санкт-Петербургского железопрокатного и проволочного завода, Донецко-Юрьевского металургического товарищества, Рижского завода проволоки, фирмы «Мутциг-Фрамонд», (акционерного общества в Мутциге) и фирмы «Вейс, Иоганн и сын» из Вены. Этим сфера деятельности торгового дома не ограничивалась.

Представительства фирмы «Трестер В. Ф. и Ко» кроме кузнечно-литейной, скобяной и чайной продукции, реализовывали галоши фирмы «Мюндель», двигатели и моторы, дробь и порох, земледельческие орудия фирмы «Брюнингауд», наждак инженера Н. Н. Струка, крахмал фирмы «Слон» из Санкт-Петербурга и многое другое.

Разумеется столь солидному предприятию требовалось столь же солидное административное строение и именно на Успенской, 55, Трестер впоследствии возвел прекрасно сохранившийся до наших дней комплекс из двух построек различного назначения — конторского здания и пакгауза.

Интересно, что по этому адресу в 1910-е годы некий Х. Кура реализовывал минеральную воду и сироп, а агент Б. С. Гаузнер проводил операции с зерном. В 1930-е годы в бывшем конторском здании Трестера разместился кооператив «Фанеротруд» с мастерскими в здании пакгауза. По окончанию Великой Отечественной войны лицевое строение уплотнили и здание из конторского стало жилым. Насколько тогда была изменена планировка дома, в нынешние времена сказать сложно.

Планировки построек комплекса (слева направо — I, II и III этажи конторского здания и пакгауз)

Как уже упоминалось выше, на узком (примерно половина стандартной ширины), вытянутом в глубину квартала участке было возведено два здания. Лицевое, трехэтажное с выраженными антрессолями, строение, предназначалось для контор торгового дома. Большую часть участка с его тыльной стороны заняло внушительной протяженности здание пакгауза для хранения товаров. Оба строения полностью занимают ширину участка, между ними оставлен относительно небольшой двор почти квадратной формы.

За отсутствием каких либо документальных данных об авторе проекта, остается лишь анализировать и предполагать. Конторское здание стилистически очень самобытно и похожих строений, а тем более его прямых прототипов в Одессе нет. Лицевой фасад оформлен в ключе немецкого ренессанса с элементами модерна и кирпичного стиля. Большинство декоративных решений наиболее близки к творчеству архитектора Пауля Ульриховича Клейна, особенно активно практиковавшего в Одессе на рубеже 1900-1910-х годов, однако это не является достаточным аргументом для подтверждения его авторства.

Главный фасад композиционно делится на два объема — основную часть и ризалит, в котором сконцентрирована большая часть декора и размещена арка проезда.

Проем арки сохранил оригинальные ворота, выполненные в ключе геометрического модерна.

Портал арки проезда

Лепная деталь над проемом арки

Флагодержатель

Сам проезд имеет достаточно большую длину и перекрыт крестовыми сводами лучковой формы. Здесь расположен полуциркульный вход на лестничную клетку здания с аутентичной дверью хорошего уровня сохранности.

Арка проезда

Входная дверь лестничной клетки в арке

Над порталом проездной арки нависает балкон второго этажа с ажурными эклектическими ограждениями достаточно вычурного дизайна.

Балкон над порталом проездной арки

Отделка второго этажа в ризалите

Общий вид окна и совмещенной с ним балконной двери

Окна в ризалите сгруппированы по два. На третьем этаже над окнами размещен оригинальный сандрик в виде барельефа, изображающего орла, и дополненного жезлом меркурия между оконными проемами. Сюжет, сочетающий в себе символы торговли и силы, как нельзя лучше подходит как назначению здания так и самому предприятию Трестера, во времена строительства переживавшему зенит коммерческого успеха.

Отделка третьего этажа в ризалите

Барельеф с орлом после реставрационных работ (зима 2014 года)

Основная плоскость фасада (вне ризалита) композиционно поделена на первом этаже на пять узких осей, центральную из которых занимает полуциркульная ниша, проем которой увенчан пышным рокайлем. Подобные ниши применялись архитектором В. М. Кабиольским на фасаде и в интерьере особняка А. Поммера на Сабанеевом мосту, 3.

Отделка основного объема на первом этаже

Окна второго и третьего этажей сгруппированы по три, а их проемы имеют очень большие размеры, что должно было обеспечить хорошую инсоляцию основных помещений конторы.

Отделка основного объема на втором этаже

Общий вид

На третьем этаже над окнами расположен общий для них широкий сандрик лучковой формы, являющийся наиболее откровенным заимствованием из немецкого ренессанса.

Отделка основного объема на третьем этаже

Общий вид

Дом завершает массивный карниз с пышными лепными консолями.

Консоли под карнизом здания

В очень рациональном ключе выполнена не только отделка, но и планировка здания. Главные помещения внушительной площади освещаются большими окнами со стороны главного фасада, несколько помещений поменьше, возможно технического назначения выходят окнами во двор. Планировка второго и третьего этажей почти идентична.

Просторная лестничная клетка выделена со стороны двора глубоким ризалитом, в котором размещаются окна для ее освещения.

Из элементов внутреннего убранства стоит выделить неповторимые перила, аналогов которых в других домах Одессы не обнаружено и широкие двухстворчатые двери на каждом этаже с узкими вставками по бокам. Что касается стилистики исполнения перил, похожий дизайн встречается в домах архитекторов М. Г. Рейнгерца и В. А. Домбровского.

Лестничная клетка конторского здания

Парадные двери внутренних помещений

Общий вид (дверь второго этажа)

Тыльный фасад конторского здания

Общий вид

Внутридворовой пакгауз 7-метровой высоты, занимающий площадь 257 кв.м., представляет собой уникальное кирпичное сооружение, спроектированное без использования обычных для подобных построек чугунных колонн, несмотря на достаточно немалую площадь перекрытий.

Такое решение позволило сэкономить дополнительную полезную площадь, не занятую колоннами. Сам пакгауз оформлен очень сдержанно, его фасад увенчан широким лучковым фронтоном и дополнен по центру изящной люкарной. Под карнизом сохранился скромный замковый камень, оставшийся от высокого проезда, ведшего внутрь здания.

Внутридворовой пакгауз

Крыша и вид в сторону конторского здания

Лицевой дом был отселен к концу 2000-х годов, здание несколько лет пустовало и было выставлено на продажу. К осени 2013 года все постройки на Успенской, 55 наконец обрели своего владельца, практически сразу же была начата реставрация. К началу 2014 года, порядком обветшавшему фасаду дома был возвращен былой лоск.

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
Торговий дім ”Трестер В.Ф. и Ко” (аттрибутация, анализ, историческая справка)

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Административно-жилой доходный дом архитектора С. С. Гальперсона

Архитектура Одессы — Sat, 08 Feb 2014 21:15:05 +0200

Успенская, 45

Огромный пятиэтажный доходный дом, спроектированный видным архитектором Самуилом Савельевичем Гальперсоном для себя лично, представляет собой один из лучших в Одессе примеров ретроспективного модерна предреволюционного периода.

Тип здания: доходный дом
Стиль: ретроспективный модерн, модернизированный неоренессанс, неоклассицизм
Архитектор: С. С. Гальперсон
Дата строительства: 1912
Статус: памятник архитектуры местного значения
Второй адрес: Осипова, 19

Фасад

Общий вид дома

Строгий, подчеркнуто сдержанный, напоминающий лучшие итальянские палаццо эпохи Возрождения, дом, благодаря своим весьма внушительным габаритам и выразительному облику, является неоспоримой доминантой перекрестка улиц Успенской и Осипова. Здание, возведенное в 1912 году, несет в своей архитектуре ярко выраженные формы ретроспективизма — главенствующего архитектурного направления тех лет.

Выбор стилистических принципов при проектировании дома на Успенской не был случаен. В борьбе архитектурных течений в Одессе начала ХХ века верх одержали стилизаторские тенденции, берущие своё начало в прошлой эпохе и уходящие корнями в творчество ведущих мастеров второй половины позапрошлого столетия. Они оказались тем более созвучными сложившемуся облику города, благодаря обращению, уже на новом уровне, к зодчеству и градостроительному наследию эпохи классицизма и ампира.

Общий вид со стороны Успенской

Вполне естественными оказались новые постройки буквально цитировавшие композиционные находки первой половины XIX века и сочетающие их с новыми отделочными и конструктивными материалами.

Однако, ретроспективизм не ограничивался только копированием классицистических образцов. Модернизированные стилизации должны были рассматриваться как сложное явление, не поддающееся однозначному определению.

Апологеты этого направления провозглашали его реакцией на поверхностный и чрезмерно декоративный вариант «вульгарного» живописного модерна или, как минимум — попыткой трансформации форм без разрыва с «вечными канонами красоты». Именно модернизированный неоампир наилучшим образом соответствовал настроениям набирающей экономическую мощь буржуазно-монархической России между двумя революциями.

Социально-политические симпатии помогли ретроспективистам распознать в классицизме факт национальной культуры, одно из «высших воплощений отечественного художественного гения». Учитывая специфику города, реминисценции на темы эпохи Александра I успешно сочетались с модернизированными ренессансом и готикой (в частности работы архитекторов Ю. М. Дмитренко, В. И. Прохаски, Г. К. Шеврембрандта), формами «русско-византийского» зодчества.

Наиболее точным в смысле понимания стилистического единства оказался ретроспективный поиск архитекторов А. Б. Минкуса и Ф. А. Троупянского, ставший прологом в архитектуру 1930-40-х годов. С. С. Гальперсон, спроектировавший в Одессе немало значимых с архитектурно градостроительной точки зрения зданий, среди которых можно видеть не только доходные дома, но и крупные постройки общественного назначения, пройдя свой собственный путь творческого развития, создал свои лучшие творения именно в эпоху ретроспективизма.

Рекламная доска архитектора С. С. Гальперсона (со стороны Успенской)

Собственный доходный дом С. С. Гальперсона, как и многие другие здания центра Одессы, сконцентрировал вокруг себя немало исторической путаницы. Во многих списках, реестрах и справочной литературе здание долгое время числилось как дом А. Гальперина. Однако, учитывая документально подтвержденную дату постройки, версия о А. Гальперине в качестве домовладельца выглядит несостоятельной. В конце XIX века домом, стоявшим на этом месте, владел Ж. Шлейцер, с 1902 года — И. Герцберг, с 1908 года участок являлся собственностью Самуила Савельевича и Розы Леонидовны Гальперсон.

Общий вид со стороны Осипова

Они же остаются владельцами дома и до середины 1910-х годов. А. Гальперин в справочных источниках 1900-1910-х годов и вовсе отсутствует. Интересно, что С. С. Гальперсон вместе с представителями семьи Айзенберг являлся так же совладельцем участка по Успенской, 26, как раз напротив описываемого дома. Им же и спроектирован прекрасно сохранившийся по этому адресу доходный дом 1911 года постройки, являющийся наравне со зданием на Успенской, 45, еще одним украшением перекрестка.

Общий вид со стороны Осипова

Возвращаясь к дому Гальперсона, следует отметить тот факт, что во времена его строительства, в Одессе лишь считанные жилые здания превосходили его габаритами и этажностью. В доме предусматривались не только доходные квартиры, площадь некоторых из которых доходила до 150 кв.метров, но большое количество помещений для аренды конторами различных представительств. Большая их часть практически сразу после строительства была арендована частной хирургической лечебницей по женским болезням и акушерству с постоянными кроватями доктора Марка Захаровича Райха.

Прием больных в лечебнице проходил с 10.00 до 13.00 и с 15.00 до 17.00 часов. При лечебнице работали акушерки Ольга Львовна Лихтенберг и Мария Семеновна Вахт, причем последняя проживала в этом же доме. В середине 1910-х годов М. З. Райх открыл здесь же повивальную школу при родильном приюте с гинекологическим отделением. Курсы при школе были годичными. Директором и преподавателем акушерства и женских болезней был сам Марк Захарович Райх. Детские болезни преподавал доктор Л. П. Орбант, довольно известная личность в городе — держал детскую клинику; анатомию и скорую помощь — доктор медицины М. М. Цукерман — работал еще и в скорой помощи; здесь же трудились все те же акушерки О. Л. Лихтенберг и М. С. Вахт.

Среди предреволюционных квартиросъемщиков дома были достаточно известные в городе люди, в числе которых: врач, специалист по внутренним и детским болезням Михаил Григорьевич Рашкович; преподаватель 2-го казенного еврейского училища М. А. Фридланд; доверенные Русско-Азиатского банка Е. С. Баум и К. К. Шульце; служащий того-же Русско-Азиатского банка Ф. Ф. Бауман и помощник присяжного поверенного Владимир Борисович Звонкин.

В доме существовало и немало торговых помещений. К середине 1910-х годов по этому адресу торговлю обоями вели наследники Р. Я. Шестопала, молочными продуктами — Константин Пенчук, молочными и сельхозпродуктами — Мысловский, мясом — Соня Вайзер. Особого внимания достоин И. Х. Плейс, чья сфера бизнеса была для тех времен уже и вовсе архаичной — это экипажи и кареты.

Вид с балкона пятого этажа на улицу Осипова, фотографии из семейного архива (фотограф Крикор Магникиан, 1919-1920 г.г.)

Единственным предприятием из размещенных в здании, пережившим бурные революционные времена, как раз таки оказалась все та же лечебница М. З. Райха, благополучно переформированная в 1920-е годы в показательную акушерскую клинику при медкурсах ОдесГубПрофОбра. В те же годы в доме проживали член Одесского горсовета Э. Ю. Блау, терапевт И. Р. Пастернак и секретарь ОТЭ-ОСПС А. С. Фирштенберг. Дальнейшая же история дома Гальперсона совершенно ничем не примечательна.

Показательная акушерская клиника при медкурсах ОдесГубПрофОбра, объявление из периодики 1920-х г.г.

Перекресток улиц Успенской и Осипова, на заднем плане хорошо виден дом Гальперсона. Фотография 1980-х г.г.

Анализируя архитектуру здания, следует в первую очередь отметить его необычную (хотя и не исключительную в масштабах города) компоновку, продиктованную чрезвычайно вытянутыми пропорциями участка, узкой стороной выходящего в сторону улицы Осипова. В плане дом напоминает зеркально отраженную букву F, верхняя перемычка которой является лицевым крылом со стороны Осипова, а перпендикулярная ей вертикаль, играющая роль основного объема, вытянута вдоль улицы Успенской. Крылья дома вместе со стеной соседнего участка образуют узкий замкнутый двор, куда можно попасть через проездную арку со стороны Осипова или левосторонний сквозной подъезд по Успенской.

Портал арки проезда

Ось, где размещена арка проезда, вид снизу вверх

Оформление фасадов дома подчинено принципам присущей итальянскому Возрождению сдержанности, однако благодаря дополнительным объемам и выступам, крупным выразительным элементам декора и эффектно скругленному углу, здание выглядит живописно и психологически не подавляет зрителя своими габаритами.

Угловая часть дома на уровне двух первых этажей

Первые два этажа дома трактуются как цоколь и отделены от верхних карнизом со строгими дентикулами без лепного декора. Оба этажа отделаны очень глубоким, тщательно вычерченным рустом, тяги которого дополнительно покрыты фактурой, имитирующей грубо отесанный камень. Благодаря этому тяжеловесность нижней части здания усиливается, создавая контраст с относительной легкостью верхних этажей.

Отделка первого этажа

Окна и простенки с рустом со стороны Успенской

Один из простенков, образец руста

Вытянутый вдоль Успенской фасад в четырнадцать оконных осей протяженностью (центральная ось угла не учтена) оживляется двумя неглубокими, но выразительно очерченными ризалитами в три окна шириной. Аналогичный ризалит занимает центральные три оси (из пяти) фасада по Осипова. Крайние оси фасадных плоскостей оставлены свободными от каких либо уступов.

Фрагмент первого этажа со стороны Осипова

Все проемы первого этажа, кроме арки проезда, — полуциркульные. На втором этаже они имеют классическую прямоугольную форму и очерчиваются строгими наличниками без замковых камней.

Отделка второго этажа

В доме оборудован полуподвальный этаж, окна которого ближе к углу по по Успенской и со стороны Осипова снабжены глубокими приямками, поскольку из-за спуска Успенской в сторону моря, здесь они оказываются ниже уровня земли и полуподвальные помещения требуют нормальной инсоляции. Приямки огорожены чугунными парапетами, секции и стойки которых решены в неоклассическом ключе.

Отделка полуподвала

Окна полуподвала со стороны Успенской

Пять длинных балконов второго этажа, один из которых огибает угловую часть здания, сохранили неоклассические каменные ограждения в виде массивных балюстрад.

Балконы второго этажа

Фрагмент балюстрады ограждений

Третий и четвертый этажи отделаны схематичным неглубоким рустом, однако по сравнению с первыми этажами, декор здесь усложняется. Балконы третьего этажа, поддерживаемые массивными консолями модернизированных форм, устроены в ризалитах и занимают почти всю их ширину.

Аналогичный, но значительно меньшей протяженности балкон размещен по центральной угловой оси и когда-то поддерживался подобными консолями, от которых к нынешним временам не осталось и следа. Строгие металлические ограждения балконов типичны для неоклассицизма и рационального модерна 1910-х годов и их дизайн нельзя назвать эксклюзивным для Одессы.

Одна из балконных консолей

Дентикулы карниза между вторым и третьим этажами

В центральных осях ризалитов располагаются эффектные трапецивидные в плане эркеры, основаниями для которых служат сами балконы. Эркеры занимают высоту третьего и четвертого этажей и оканчиваются на пятом открытыми терассами.

Окна третьего этажа декорированы наиболее пышно. Их наличники имеют массивные очертания и состоят из глухих подоконных балюстрад, дорических полуколонн, фланкирующих проемы и опирающихся на них прямых сандриков с простыми дентикулами-«сухариками».
Сандрики третьего этажа композиционно продолжены выступающими монолитными подоконниками четвертого, которые дополнены лепными гирляндами.

Отделка третьего и четвертого этажей

Окна третьего и четвертого этажей (со стороны Успенской)

На четвертом этаже, по осям, примыкающим к ризалитам, размещены балконы относительно небольшого размера, что обусловлено принципом постепенного облегчения объемов и декора, поступательно снизу вверх, которому подчинен весь фасад здания. Полуциркульные окна четвертого этажа лишены наличников и имеют традиционные для ренессанса однорядные раскреповки.

Четвертый и пятый этажи разделены еще одним карнизом. Отделка пятого этажа предельно упрощена и несколько архаична для времен постройки дома. Окна здесь имеют аскетичные наличники с замковыми камнями, повсеместно применявшиеся в Одессе еще 1880-90-е годы.
Балконы пятого этажа, за вычетом углового, габаритами и размещением аналогичны таковым на четвертом, с той правда разницей, что на крайних осях фасадных плоскостей они отсутствуют. Здание увенчано мощным, далеко выступающим карнизом без дентикул.

Окна пятого этажа

Фрагмент ограждений углового балкона на пятом этаже

Оба подъезда дома расположены в основном крыле по Успенской. Их входы размещены в крайних правых осях ризалитов. В крайней левой оси правостороннего ризалита дополнительно устроен вход в конторские помещения.

Входные двери

Фрамуга двери левостороннего подъезда

Дверь конторских помещений, хорошо сохранившаяся нижняя часть створки

Подъезды имеют некоторые различия в компоновке, однако оформление обоих в целом идентично. Левосторонний подъезд сквозной и имеет дополнительное сообщение со двором. По условным направляющим осям лестничные клетки перпендикулярны друг другу. Правосторонний подъезд дополнительно снабжен длинным вестибюлем, которого в втором подъезде нет.

Отделка подъездов традиционно для 1910-х годов сдержана. Левосторонний подъезд оборудован широким шлюзом, непосредственно ведущим на лестничную клетку. Объем лестничной клетки в плане имеющий форму слегка вытянутого четырехугольника и периметральное расположение лестничных маршей, очень просторен, хотя освещения через высокие окна в углу на стыке крыльев дома все же не достаточно.

Левосторонний подъезд

Лепной карниз в шлюзе

В свободное пространство, очерченное лестницей вписана лифтовая шахта. Лифты были установлены в доме еще при строительстве, однако до наших дней не сохранились и заменены более износостойкими и неприхотливыми, советского послевоенного образца.

Лестничная клетка и лифт, вид снизу вверх

На лестнице установлены перила оригинального, «гальперсоновского» дизайна, выполненные в смешанной технике рационального и декоративного модерна. Совершенно аналогичные перила можно увидеть и в доме напротив, по Успенской, 26.

Двери квартир располагаются как на площадках самих этажей, так и на не занятых световыми окнами площадках в углах между лестничными маршами. Последние ведут в квартиры дворового крыла, уровни этажей которого заметно смещены по отношению к этажам основного объема. К тому же дворовое крыло не имеет полуподвала.

Кое где сохранены неповторимые двери неоклассического дизайна со вставками меандра и восьмиугольными световыми проемами в верхних частях створок. В левостроннем подъезде все двери двухстворчатые, тогда как во втором подъезде присутствуют широкие варианты таких-же дверей из трех створок с центральной действующей.

Ступени лестниц выполнены из светло-серого мрамора, площадки облицованы черно-белым кафелем, распространенного во второй половине 1900-х-первой половине 1910-х годов образца (встречаются так же бело-серые и даже бело-голубые варианты). Лепной декор отсутствует, за исключением тонкого типового карниза в шлюзе.

Одна из площадок, облицованных кафельной плиткой

Верхнее световое окно

Карниз в шлюзе правостороннего подъезда выполнен в несколько иной манере, в более модернизированном ключе и без использования лепки. Высота самого шлюза здесь меньше по причине относительно повышенного уровня почвы и длина лестничного марша урезана примерно вдвое. Компоновка, отделка и принцип освещения лестничной клетки второго подъезда совершенно аналогичны первому и в их повторном описании смысла нет.

Правосторонний подъезд

Дверь между шлюзом и вестибюлем

Дворовые фасады традиционно лишены каких либо излишеств. Центральная часть тыльной фасадной плоскости основного крыла выделена широким ризалитом в три окна, где размещается служебная лестница, оборудованная небольшими балконами с минималистичными по дизайну ограждениями. Перила технической лестницы и вовсе лишены дизайна как такового.

Дворовые фасады

Центральный ризалит основного крыла по Успенской, вид снизу вверх

Световые окна левостороннего подъезда, вид снизу вверх

Из квартирных балконов на дворовом фасаде выделяется пример достаточно неплохого новодела, ограждения несут в своем дизайне черты декоративного модерна.

Новодельное ограждение

Прямое сообщение двора с улицей осуществляется через просторную проездную арку с плоскими перекрытиями, проем которой расположен со стороны улицы Осипова, на крайней правой оси фасада.

Арка проезда, вид со двора

Арка проезда, внутренний вид

В целом, анализируя архитектуру и убранство дома Гальперсона, можно совершенно справедливо отнести его к лучшим произведениям архитектора и к числу наиболее ярких архитектурных сооружений улицы Успенской. Именно начиная от ее пересечения с Осипова, где расположен описываемый дом, и до самого Лидерсовского бульвара, где она берет начало, характер застройки становится становится заметно более изысканным, что обусловлено близостью аристократической Маразлиевской и престижного района бывшей дачи Ланжерона.
Благородная, тщательно взвешенная архитектура дома Гальперсона ставит его в один ряд с лучшими доходными домами не только этого отрезка Успенской, но и Одессы в целом.

Дымоходы

Использованная литература и архивы

«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
«Одесса. Архитектурно-исторический очерк». В. И. Тимофеенко

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Доходный дом А. Э. Гаевского

Архитектура Одессы — Tue, 28 Jan 2014 18:50:40 +0200

Елисаветинская, 17

Необычный для Одессы дом ренессансно-готических пропорций возведен по заказу А. Э. Гаевского в 1905 году и декорирован в угоду архитектурной моде того времени, в лучших традициях орнаментального модерна с едва уловимым оттенком зарождающего ар-деко.

Тип здания: доходный дом
Стиль: орнаментальный модерн, ар-деко
Архитекторы: В. А. Домбровский (проект), Ф. А. Троупянский (строительство)
Дата строительства: 1903-1905
Статус: памятник истории местного значения

Фасад

Общий вид

Известнейший в дореволюционные времена коммерсант и фармацевт Антон Эразмович Гаевский, вместе с Поповским владевший крупнейшей в Одессе аптекой «Гаевского и Поповского» (дом Руссова, Садовая, 21) в начале XX века уже располагал солидным капиталом и несколькими участками в центре города. Как и многие другие состоятельные одесситы, желавшие приумножить свой капитал, помещая деньги в недвижимость путем возведения доходных домов, Гаевский от этой традиции не отступил.

Еще в 1899 году он выкупил участок М. Ксантопуло на нынешней Елисаветинской, 17, а в 1902 году заказал проект презентабельного доходного дома у выдающегося архитектора, одного из ярчайших мастеров одесского модерна, В. А. Домбровского. Надзор за строительством дома осуществлял другой известный архитектор — Ф. А. Троупянский, однако неизвестно вносил ли он какие либо собственные идеи в проект Домбровского.

Для первой половины 1900-х годов дом Гаевского выглядит достаточно строго, что не мешает сооружению быть весьма многогранным и демонстрировать немалое стилистическое разнообразие в отделке и архитектурных приемах.

Общий вид

Фасад монументального трехэтажного (не считая полуподвала и выраженных антрессолей) дома решен в стиле модного во времена строительства орнаментального модерна на основе таких исторических стилей, как ренессанс итальянского и североевропейского образцов. Пропорционально и композиционно здание напоминает палаццо эпохи Возрождения.

Отдельные детали в отделке, решение портала арки проезда и подчеркнуто «готическая» вертикальность общей композиции придают фасаду «северную» суровость, отодвигая на второй план его ренессансную суть и основу. Некоторые приемы декорирования и техника исполнения лепных элементов привносят в архитектуру здания легкий оттенок ар-деко, что в стилистическом отношении делает дом Гаевского действительно уникальным для Одессы.

Разумеется в данном случае о самом стиле ар-деко говорить не приходится, поскольку хронологически данное направление начало свой путь в мировом искусстве значительно позже.

Международная выставка, прошедшая в 1925 году в Париже и официально называвшаяся «Exposition Internationale des Arts Décoratifs et Industriels Modernes», дала жизнь термину «ар-деко» . На этой выставке миру были показаны предметы роскоши французского производства, доказавшие, что Париж остался интернациональным центром стиля и после Первой мировой войны.

Само направление ар-деко существовало и до открытия выставки в 1925 — это было заметное течение в европейском искусстве 1920-х гг. Американских берегов оно достигло только к 1928 году, где в 1930-х оно преобразовалось в Streamline Moderne[en] — американизированное ответвление ар-деко, ставшее визитной карточкой этого десятилетия.
Однако, как и любой другой стиль, ар-деко не появилось внезапно и корни его уходят глубоко в орнаментальный модерн, сецессион и более поздний югендстиль.

В случае с домом Гаевского, корни эти очевидны в пластике и реализации лепного декора на фасаде, хотя в целом здание остается типичным для орнаментального модерна творением и сохраняет неповторимый почерк Домбровского.

Дом составлен из трех крыльев, лицевого и двух боковых, фланкирующих узкий двор по сторонам. П-образное в плане сооружение занимает примерно две трети участка, в тылу которого оставлено пространство, возможно предназначавшееся для строительства дополнительных флигелей в будущем.

Несомненной доминантой главного фасада является высокий портал проездной арки с лучковым проемом, очерченный по сторонам массивными вертикалями пилонов. Это композиционное решение не уникально. Похожим образом решен портал арки в особняке Е. П. Стефанова на Нежинской, 38.
Верхние части пилонов украшены эффектными филенками, с нередкой для орнаментального модерна орнаментацией, чей сюжет обозначается как «древо жизни» и в несколько иных формах встречается так же в оформлении дорогих лестничных перил более позднего периода.

Портал арки проезда

Филенка верхней части пилона

Во внутренний объем арки вписана комната дворника с окном, ориентированным на вход с улицы (ныне заделано).

Арка проезда

Фасад шириной в семь оконных осей строго симметричен и проездная арка соответствует центральной оси. Единственным элементом, ненавязчиво нарушающим эту симметрию является вход в подъезд справа от портала арки.

Плоскость простенков полуподвала лишена какой либо отделки, первый этаж почти во всю высоту покрыт строгим линейным рустом.

Фрагмент отделки простенков между полуподвалом и первым этажом

Рустованная часть стены отмечена по верху пышной орнаментальной тягой во всю ширину фасада, прерываемой оконными проемами первого этажа, над которыми Домбровский поместил крупные прямоугольные филенки, декорированные в неоклассическом ключе.

Орнаментальная тяга в одном из простенков первого этажа

Одна из неоклассических филенок над окнами первого этажа

Условные «луковичные» сандрики над окнами второго этажа, состоящие из двух симметрично изогнутых лент с лепными подсолнухами в точке схождения, композиционно неразрывны с подоконными филенками третьего этажа.

Оформление второго этажа

Общий вид одного из окон

Отделка окон третьего этажа предельно упрощена (точнее практически отсутствует), что компенсируется геометрически очерченными канеллюрами на лопатках, в основе которых лежит универсальный для модерна орнамент Обриста. Над канеллюрами расположены узкие лепные филенки, аналогичные тематически филенкам в верхних частях пилонов портала арки.

Оформление третьего этажа

Деталь карниза между третьим этажом и антрессолями

Балконы третьего этажа имеют трепецевидную в плане форму, которая в те времена встречается нечасто, однако в югендстиле 1910-х годов становится весьма распространенной (не только в случае с балконами, но и с эркерами). Ограждения всех балконов совершенно лишены какого либо декора и не исключено, что они имеют значительно более позднее происхождение.

Балконы главного фасада

Вышеупомянутый вход в подъезд сохранил со стороны улицы оригинальную дверь.

Вход в подъезд

Размещенный справа от арки высокий, лишенный декора лестничный шлюз ведет на лестничную клетку, чей объем расположен в центральной части лицевого крыла, непосредственно над аркой проезда и отмечен со стороны двора мощным ризалитом, из-за внушительной глубины, напоминающим башню.

Подъезд

Лестничный шлюз

Лестничная клетка полностью лишена какого либо убранства, оборудована бетоно-мозаичными площадками и мраморными ступенями.

Рисунок лестничных перил уникален и неповторим, хотя в отдельных чертах типичен для сооружений Домбровского первой половины 1900-х годов.

В период Великой Отечественной войны здание получило значительные повреждения кровли и перекрытий лестничной клетки. Вероятно оригинальный потолок над лестницей имел хотя бы минимальный декор, однако ныне существующий — послевоенного происхождения, что отчасти объясняет аскетизм его отделки (точнее ее полное отсутствие).

Квартиры дворовых крыльев никакого сообщения с подъездом лицевого крыла не имеют и оборудованы собственными лестницами без каких либо излишеств.
Дворовые фасады имеют вертикальное членение лопатками и дополнены ритмом линейных тяг на втором этаже. Окна первого этажа оживляются строгими веерными замковыми камнями.

Дворовые фасады

Общий вид лицевого и боковых крыльев

Левостороннее крыло, общий вид

Антон Эразмович Гаевский владел домом на Елисаветинской, 17 недолго. Приобретя огромный и очень изысканный дом умершего А. П. Руссова на Садовой, 21, где размещалась сама аптека «Гаевского и Поповского», он продал здание на Елисаветинской Дионисию Аврахову. Согласно сведениям из адресных справочников второй половины 1900-х годов, Аврахов стал владельцем участка между 1907 и 1909 годами.

Непосредственная близость Новороссийского университета сыграла не последнюю роль для проживания в доме некоторых известных представителей его профессуры. В 1903-1905 годах в доме жил патолог и бактериолог, профессор В. В. Подвысоцкий (1857-1913); в 1910-1915 годах — физик, профессор Л. И. Котляр.

В 1920 году в здании разместилась деникинская «камера контрразведки», по понятным причинам просуществовавшая в этих стенах недолго. Именно сюда, среди прочих был доставлен Петр Лазарев.

По прошествию Гражданской войны в бывшем доме Гаевского/Аврахова находилось теоретическое отделение Института общей и прикладной химии, где учился будущий академик А. Т. Марх.

В 1944-1971 годах в доме жил другой выдающийся академик АН СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской и Государственных премий, электрохимик А. М. Фрумкин.

По окончанию послевоенного восстановления, дом был передан в ведомство стройорганизации республиканского подчинения — СМУ (строительно-монтажное управление) «Спецэлеватормельстрой». Здесь разместилась контора СМУ, здесь же выдавались квартиры его работникам, каковыми являлись в те годы многие нынешние старожилы дома.

На фоне дореволюционной одесской застройки, в целом относительно небогатой образцами раннего модерна, доходный дом А. Э. Гаевского выделяется как один из самых оригинальных и неповторимых в своем стиле. Несмотря на это, здание по неизвестным причинам в реестр памятников архитектуры не внесено.

Использованная литература и архивы

«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
«Одесса. Архитектурно-исторический очерк». В. И. Тимофеенко
Доходный дом А. Э. Гаевского

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Доходный дом Э. С. Вернетта / В. С. Беляевой

Архитектура Одессы — Mon, 13 Jan 2014 14:47:03 +0200

Ясная, 10

Один из самых комфортабельных доходных домов в районе Отрада, дом Э. С. Вернетта, относится к числу интереснейших произведений позднего модерна в Одессе и, несомненно, является одним из самых запоминающихся жилых зданий своего времени.

Тип здания: доходный дом
Стиль: модернизированный ретроспективизм, неоклассицизм, югендстиль
Архитектор: А. Б. Минкус, М. И. Линецкий (?)
Дата строительства: 1912
Статус: памятник архитектуры местного значения

Главный фасад

Общий вид

Эрнест Септимович Вернетт был известным в Одессе в дореволюционные времена мраморных дел мастером и домовладельцем, для которого архитектор А. Б. Минкус примерно в одно время спроектировал как минимум два больших доходных дома. Первый из них вырос на улице Нежинской, 52 (1910-1912 г.г.), в непосредственной близости к городскому центру, а сам Э. С. Вернетт проживал в доме отца — Септима Францевича, на углу Соборной площади и Садовой, где держал скульптурно-мраморную мастерскую. В 1912 году в престижном и тихом районе Отрада, архитектор Минкус выстроил второй доходный дом для Э. С. Вернетта, меньших размеров по сравнению со зданием на Нежинской, но значительно более комфортабельный. Учитывая как сами квартиры, так и месторасположение дома, Вернетт возводил его, несомненно, для очень состоятельных квартиросъемщиков.

Что касается атрибутации самого дома, сведения об истинном заказчике до сих пор остаются противоречивыми. Например в 1914 г. в справочнике «Вся торгово-промышленная Одесса» указывается Э. С. Вернетт, в то время как справочник «Вся Одесса» в качестве домовладельца называет Варвару Сергеевну Беляеву (там же Вернетт указан как владелец соседнего особняка № 8). Впервые в этом качестве он появляется во «Всей Одессе» за 1910 г. О номерах домов в данном случае можно говорить достаточно уверенно, поскольку к 1914 г. в основном уже установилась сегодняшняя нумерация Ясной. В случае, если описываемый дом принадлежал Вернетту, то для участка Беляевой элементарно не оставалось места, так как Ясная тогда не доходила до Юнкерского (Азарова) переулка. К сожалению это не единственный случай атрибутационной путаницы в истории одесских доходных домов.

Архитектура тяжеловесного и помпезного здания достаточно сдержана и минималистична, одну из главенствующих ролей в формировании облика постройки Минкус отдал сочетанию различных фактур и рустов в отделке фасадных плоскостей. В отдельных элементах оформления фасада и внутреннего убранства можно без труда увидеть черты, присущие архитектору М. И. Линецкому. Вероятно, Линецкий принимал участие в проектировании дома Вернетта в соавторстве с Минкусом, однако за документальной неподтвержденностью, подобные сведения пока остаются лишь догадками.

Участок, занимаемый домом весьма обширен, однако его застройка не является периметральной, как в центре города. Сам дом прямоугольный в плане и выходит на красную линию Ясной, не имея никаких хозяйственных пристроек со стороны двора. Двор, благодаря этому отделен от улицы и имеет внушительные размеры. Вероятно, эту территорию предусматривалось превратить в небольшой индивидуальный сад с фонтанами, скульптурами и скамьями, который подчеркнул бы неоклассический характер дома и неизвестно, была ли эта затея осуществлена. В нынешние времена двор заасфальтирован и окружен гаражами и небольшими хозяйственными постройками, представляя собой весьма унылое и неживописное зрелище, несмотря на чистоту и относительную ухоженность. Попасть во двор можно, пройдя через ворота соседнего особняка Рази или выйдя через дверь черного хода (все квартиры в доме сообщаются с парадной и технической лестницами).

Главный фасад имеет ширину девять оконных осей, крайние из которых выделены внушительными и тяжелыми по пропорциям ризалитами с обширными лоджиями на 1-3 этажах. Правосторонний ризалит оборудован на четвертом этаже еще одной лоджией, тогда как противоположный завершается открытым балконом-терассой с глухим каменным ограждением. Такое решение вносит некоторую асимметричность в композицию фасада, однако делает ее живописнее.

Боковой ризалит главного фасада (левосторонний)

Общий вид снизу вверх

Фасадная плоскость вне ризалитов слегка отодвинута от красной линии вглубь участка, а ее центральная ось, где расположены высокие световые окна парадного подъезда, подчеркнута относительно неглубоким ризалитом, увенчанным аскетичным по отделке псевдобарочным фронтоном (как и многие элементы, позаимствован у югендстиля).

Верхняя часть центральной оси фасада со световыми окнами подъезда и фронтоном

Главным украшением лицевого фасада служит портал входа в подъезд, фланкированный двумя колоннами, на которых покоятся постаменты, служащие основаниями для больших лепных амфор.

Портал входа в подъезд

Постамент колонны

Амфора (левосторонняя)

По сторонам от портала размещены небольшие палисадники, ограниченные фасадом, красной линией и внутренними торцами боковых ризалитов. Внешние углы палисадников скруглены, что придает дополнительную пластичность композиции парадного входа в дома. Невысокий кованый парапет, ограждающий палисадники представляет собой прекрасный образец позднего модерна в кузнечном искусстве.

Ограждения палисадников по сторонам от портала

Лестничная клетка оборудована большими световыми окнами различной формы, чьи габариты облегчают визуальное впечатление при взгляде на дом и обеспечивают хорошее освещение огромного подъезда.

Световые окна подъезда

Отделка фасада в целом очень минималистична, но в зависимости от этажности она различается. Первый этаж отделан простым неглубоким рустом из очень больших фактурных сегментов, а проемы окон увенчаны крупными и несколько схематичными замковыми камнями.

Замковый камень одного из окон первого этажа

Простенки второго этажа оживляются широкими тягами с волнообразной фактурой, а окна имеют проемы лучковой формы, но начисто лишены выраженных наличников. Фасадная плоскость над фактурной тягой второго этажа полностью лишена какой бы то ни было отделки, кроме фактуры «под шубу».

Окно второго этажа и отделка вокруг него

Окна третьего этажа традиционной прямоугольной формы не имеет наличников, окна четвертого этажа — трапецевидные, часто встречающиеся во многих направлениях позднего модерна. Верхнее окно подъезда имеет аналогичную форму проема. Под самой крышей размещена широкая рустованная тяга, имитирующая кладку из грубо отесанного камня, что является еще одним решением, вдохновленным архитектурой югендстиля.

Главным скульптурным украшением лицевого фасада является крупный лепной барельеф, расположенный между окнами подъезда и представляющий собой овальный медальон в обрамлении двух гирлянд. Подобные барельефы можно часто увидеть на фасадах домов, возводившихся в 1910-е г.г., в том числе спроектированных М. И. Линецким, Ф. А. Троупянским, А. Б. Минкусом, Ф. Э. Кюнером и т. д.

Барельеф

Вход в подъезд сохранил оригинальную дверь, стиль которой хорошо сочетается со стилем фасада.

Дверь подъезда

Подъезд очень просторен и при пролетах относительно небольшой протяженности оборудован большими площадками. Сохранилась и часть квартирных дверей, оформленных сдержаннее двери подъезда и представляющих собой весьма наглядный пример слесарной отделки времен рационального модерна.

Квартирные двери

Перила подъезда являются еще одной деталью, указывающей на возможное участие в строительстве архитектора М. И. Линецкого. Аналогичные перила ранее применялись Линецким в расположенном поблизости доме Рабиновича на Французском бульваре, 11б, однако в случае с домом Вернетта их дизайн нельзя назвать подходящим к его стилю.

Перила в подъезде

Перила, входной пролет

Световые окна, виды из подъезда

Фасад со стороны двора полностью лишен какой бы то ни было отделки.

Дворовой фасад

Общий вид

Из девяти его оконных осей, пять выделены неглубоким ризалитом с широким трапецевидным фронтоном. Предпоследние к краям фасадной плоскости оси заняты балконами, центральная ось приходится на лестничную клетку черного хода, освещаемую небольшими полуциркульными окнами, сохранившими остатки витражного остекления.

На центральной оси располагается также и вход на лестницу черного хода, дизайн двери которого скорее эклектичен и почти не несет в себе черт модерна. В аскетичных формах рационального модерна выполнены квартирные двери черного хода, а перила его лестницы выполнены по одному из распространенных бюджетных образцов эклектического дизайна.

Служебная лестница

Квартирная дверь

Световое окно

Перила

Наиболее вероятным прототипом дома послужил сооруженный в Киеве по проекту А. Б. Минкуса и Ф. А. Троупянского в 1910 году огромный двенадцатиэтажный дом Л. Б. Гинзбурга (был взорван 24 сентября 1941 года и полностью уничтожен в начале 1950-х годов, когда проводились окончательные разборки фундамента дома).

Архитектурный прототип дома Э. С. Вернетта — дом Л. Б. Гинзбурга в Киеве (не сохранился)

Ряд элементов и решений дома Гинзбурга впоследствии нашли свое применение в архитектуре одесского дома Вернетта, который можно назвать своеобразным памятником утраченному киевскому «небоскребу».

Использованная литература и архивы

«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
«Одесса. Архитектурно-исторический очерк». В. И. Тимофеенко
Доходный дом Э. С. Вернетта

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Особняк Е. Я. Меснера

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:58:02 +0200

Лермонтовский переулок, 5

Одно из самых малоизученных зданий архитектора Е. Я. Меснера в Одессе по нынешнему адресу Лермонтовский переулок, 5 прекрасно сохранилось, однако широкой общественности не известно по причине очень плохого обзора с улицы.

Тип здания: особняк
Стиль: модерн, кирпичный стиль, псевдоготика
Архитектор: Е. Я. Меснер
Дата строительства: 1913 (?)
Статус: не определён

Фасад

Боковое крыло

Согласно справочникам домовладельцев Одессы за первую половину 1910-х годов, здание расположено на участке, принадлежавшем самому Е. Я. Меснеру. Следовательно, сооружение является ничем иным, как собственным домом архитектора. Границы участков обозначены не очень четко, и вероятность ошибки при атрибуции достаточно велика. Владения Меснера граничат с участками Радбиль (без инициалов) и П. У. Клейна, однако здания, находившиеся на них, до наших дней не дошли.

Особняк в Лермонтовском переулке, 5 стилистически перекликается с другим сооружением в соседнем районе «Отрада», вероятно также спроектированным Е. Я. Меснером — доходным домом Е. Фесенко (часть источников приписывает авторство Л. Ф. Прокоповичу). Явное сходство двух домов заключается, в первую очередь, в выложенных из кирпича сандриках, огибающих лучковые проемы окон и высоких готических щипцах со стрельчатыми нишами, а также изначально неоштукатуренных фасадах (в соответствии с модными веяниями «кирпичного стиля» начала XX века).

Особняк Меснера представляет собой небольшое одноэтажное (с полуподвалом) здание, отодвинутое вглубь участка и Г-образное в плане. Ограда со стороны переулка за прошедшее столетие безвозвратно испорчена перестройками и установкой высоких монолитных металлических ворот, однако одна из секций, к счастью, сохранилась, что позволяет нам составить представление об утраченном. Решётка сохранившейся секции представляет собой прекрасный образец ретроспективного модерна 1910-х годов, особенно впечатляет тонкость исполнения ниспадающей ткани из цельного профиля.
На фоне большого количества белых пятен в истории дома существует вероятность, что оставшийся фрагмент ограды относится не к дому под номером 5, а к соседнему участку, постройки которого до наших дней не дошли.

Ограда участка

В сильно искаженном и перестроенном виде сохранился и хозяйственный флигель, (принадлежность к участку Меснера также остается под вопросом), выходящий торцом на красную линию переулка. Одна из его стен, оконные проёмы которой ныне заложены, сохранила в простенках свойственные модерну орнаменты Обриста.

Хозяйственный флигель

Лучше всего сохранился сам дом. Его почти не коснулись перестройки, и фасад дошёл до наших дней в практически неизменённом виде. Композиционной доминантой крыла, параллельного красной линии, служит массивный по пропорциям ризалит, шириной в две оконных оси, сдвинутый почти на край фасадной плоскости и увенчанный высоким щипцом — единственной деталью, которую видно с улицы.

Ризалит

Справа к ризалиту примыкает небольшая терраса на высоком постаменте с каменной балюстрадой. Далее, впритык к ней, устроена веранда с входом в дом, сохранившим оригинальную дверь эклектического образца, с продолговатыми остекленными проёмами в створках. В постаменте террасы расположено большое полукруглое окно полуподвала, которое вместе с балюстрадой и верандой создает эффектную и живописную композицию.

Терраса и веранда

Входная дверь

От внутреннего убранства особняка практически ничего не сохранилось. Почти квадратный в плане, небольшой вестибюль ведёт в два жилых помещения по сторонам. Дом декорирован очень сдержанно: лепной декор практически полностью отсутствует, а большую часть декоративных элементов выложено из кирпича. Щипец увенчан оригинальным флюгером (одним из немногих сохранившихся в Одессе с дореволюционных времён), а на односкатной крыше хорошо заметны крупные фигурные дымоходы, в немалой степени обогащающие силуэт здания.

Флюгер

Один из дымоходов

В целом, несмотря на расположение в престижном районе «Ланжерон», особняк можно отнести скорее к числу бюджетных, и никак не респектабельных. Однако, скромное одноэтажное здание обладает запоминающимся обликом и производит впечатление добротной и надёжной постройки.

Использованная литература и архивы

Статья о доме в блоге Antique

Авторы

Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Александр Левицкий, арт-директор, редактор и колорист
Олег Крепосняк, атрибутация
Марина Томенко, редактор

Бывшее здание администрации комплекса Павловских домов дешёвых квартир

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:54:21 +0200

Канатная, 81/6

После окончания строительства корпуса 5 прошло полтора десятилетия, прежде чем ансамбль Павловских домов дешёвых квартир пополнился последним зданием — корпусом 6.

О комплексе Канатная, 81/1 Канатная, 81/2 Канатная, 81/3 Канатная, 81/4 Канатная, 81/5 Канатная, 81/6

Тип здания: административное здание, учебный корпус
Стиль: геометрический модерн
Архитекторы: неизвестен
Дата строительства: 1910-е
Статус: объект фоновой застройки

Фасад

К сожалению, точные данные о дате строительства и авторе проекта попросту отсутствуют, что не мешает, однако, провести свободный анализ архитектуры дома. Наиболее вероятными можно назвать авторства А. Б. Минкуса или Л. М. Чернигова. В оформлении здания можно увидеть особенно много элементов, свойственных последнему. Здание строго симметрично, силуэт прямоугольный с трапециевидным возвышением в центральной части. Подобный приём Леонид Чернигов использовал, например, в доме Руссова на Коблевской, 38б. Похожий силуэт имеет и более позднее творение зодчего на Преображенской, 9а. Фасады здания обработаны в сдержанной манере геометрического модерна с отдельными элементами модернизированного ампира и ретроспективизма того периода (например, лепные венки расположенные симметрично на уровне четвёртого этажа, недалеко от краёв плоскости фасада).

Декоративные элементы первого этажа

Декоративные элементы третьего и четвёртого этажей

Торцевые фасады практически лишены декоративного оформления, в центре каждого из них устроен массивный ризалит лестничной клетки во всю высоту здания, фланкированный на уровне четвёртого этажа эркерами, в плане имеющими форму четверти круга. Эркеры являются единственными элементами, разбавляющими монотонность торцевых фасадов.

Эркеры, фланкирующие ризалит

Планировка здания необычна для жилой архитектуры и существует вероятность, что корпус 6 проектировался под размещение различных контор и служб Павловских домов. Оба подъезда на каждом этаже сообщаются между собой посредством длинного коридора, по сторонам которого расположены двери квартир. Потолок помещений четвёртого этажа значительно выше потолка остальных этажей (это хорошо заметно и по высоте окон четвёртого этажа). Над входами в подъезды сохранились металлические козырьки, выполненные в единой стилистике с архитектурой дома.

Козырьки входов

В лестничных перилах использован простейший геометрический узор, различные варианты которого встречаются как в зданиях эпохи рационального модерна, так и в более поздних, конструктивистских домах.

Подъезд

Лестничная клетка, вид сверху вниз

Дверь коридора

Перекрытие лестничной клетки, фрагмент карниза

В общих чертах, архитектура корпуса 6 резко контрастирует с остальными зданиями комплекса, внося в их ансамбль немалый диссонанс (в первую очередь, стилем и этажностью). Однако, как отдельно взятое строение, дом представляет собой достаточно интересный и оригинальный пример геометрического модерна первой половины 1910-х годов.

Использованная литература и архивы

Статья о комплексе Павловских домов дешевых квартир
«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Архитектура Одессы. Стиль и время» В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
Статья о корпусе 6 в блоге Antique

Авторы

Александр Левицкий, арт-директор, редактор и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Комплекс Павловских домов дешёвых квартир

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:51:50 +0200

Канатная, 81

На рубеже 1880-х и 1890-х годов Одесса украсилась крупнейшим, по тем временам, жилым комплексом. По посмертному желанию одесского благодетеля П. З. Ямчитского, вблизи Куликового поля, был возведён архитектурный ансамбль, размах и монументальность которого поражают и поныне.

О комплексе Канатная, 81/1 Канатная, 81/2 Канатная, 81/3 Канатная, 81/4 Канатная, 81/5 Канатная, 81/6

Тип здания:
жилой комплекс

Стиль:
Эклектика, ренессанс (корпуса 1-5)
Геометрический модерн (корпус 6)

Архитекторы:
Ф. В. Гонсиоровский (корпус 1)
Н. К. Толвинский и инж. К. В. Ходецкий (корпуса 2-5)
Л. М. Чернигов (?) (корпус 6)**

Дата строительства:
1885-1887 (1-я очередь, корпус 1)
1890-1895 (2-я очередь и завершение строительства, корпуса 2-5)
1910-е (корпус 6)

Статус:
Памятник архитектуры местного значения (корпуса 1-5)
Объект фоновой застройки (корпус 6)

Другие адреса:
Итальянский бульвар, 9 и 11
пер. Ямчитского, 2 и 4
пер. Орликова, 1 и 3

Фотография из путеводителя начала XX века

Павел Захарович Ямчитский (около 1800-1882), помощник секретаря Одесского коммерческого суда, получивший к 1841 году чин титулярного советника, в числе прочего, занимался и благотворительностью. При жизни, однако, известен он не был, хотя обладал немалым состоянием и владел домом на Ришельевской, 8. 1841 год становится для него переломным. 28 сентября умирает его годовалая дочь Варвара, а 3 ноября того же года, в возрасте 22 лет, от горячки уходит в иной мир супруга Мария Ефимовна. Пережив их на сорок лет, Павел Захарович Ямчитский скончался в Одессе, 1 декабря 1882 года в возрасте 82 лет. 2 декабря, после отпевания в Кафедральном Соборе, его похоронили на Старом кладбище.

11 января 1883 г., Одесский окружной суд утверждает к исполнению три духовных завещания Ямчитского. Среди прочего, он завещал, чтобы по примеру Петербургского общества дешёвых квартир, было выстроено в Одессе здание, носящее его имя (Павловское), для проживания в нём тех граждан города, которые соответствуют указанным им условиям. При этом Павловское здание, чего желал сам Ямчитский, должно принадлежать городу — «неотъемлемую навсегда принадлежность г. Одессе». Согласно завещанию, для заведования постройкой здания, и затем эксплуатации заведения, им были назначены Михаил Богданович Нилус (как директор) и Иона Галаган (как помощник). В помощь им городская Дума должна была избрать двух гласных (депутатов) до окончания постройки.

В завещании Ямчитского были указаны еще два душеприказчика — Станислав Дунин и Виктор Сахновский. К концу 1890-х г. господин Иона Галаган оставил свои обязанности, а вот Дунин, напротив — выполнил их. Они касались долговых обязательств Павла Ямчитского (Нилуса и Сахновского к тому времени уже не было в живых). Согласно завещанию, в случае снятия полномочий с оговоренных душеприказчиков, вместо них назначались кто-то из сыновей Марии Клименко или Анны Веселовской, вероятно, родственниц Павла Захаровича.

Так и случилось: 12 сентября 1897 года, постановлением Городской Думы, директором Павловского здания стал Борис Клименко, а его помощником — Сергей Веселовский. Собственный дом на Ришельевской, 8 Ямчитский завещал продать, а на вырученные деньги расширить комплекс Павловских зданий. Однако дом этот постигло стихийное бедствие в виде пожара, а Клименко и Веселовский долгое время оттягивали продажу пепелища, препятствуя тем самым городу в действиях по завещанию. История закончилось иском и долгим судебным разбирательством.

Павловские дома на карте Михаила Дитерихса (1894 г.) — слева, и на карте Одессы (1917 г.)

К 1895 году строительство пяти из шести ныне существующих корпусов было завершено. Самый большой на тот момент жилой комплекс в Одессе неоднократно упоминался в путеводителях и справочниках достопримечательностей города. А. С. Бориневич посвятил Павловскому зданию дешевых квартир часть статьи о благотворительности в Одессе, написанной им к столетию города и вошедшей в юбилейный сборник, выпущенный в 1894 г. Комитетом городской Управы:

«... так называемое „Павловское здание дешёвых квартир“. П. З. Ямчитский оставил по духовному завещанию, утвержденному в 1883 году, капитал в 511000 руб (Авт.: В пересчёте на сегодняшние деньги, этот капитал можно оценить в более чем 10 миллионов долларов. Капитал был израсходован частично на постройку комплекса, а частично положен под проценты, используемые для поддержания зданий в надлежащем виде) [...] с тем, чтобы на эти средства было построено здание, носящее его имя (Павловское), „для квартирования в нём, с уплатою наёмных денег по расчёту не выше 3 процентов чистого дохода, а в уважительных случаях и бесплатно, тех из одесских граждан, преимущественно христиан, которые не опорочены в поведении, имеют здесь оседлость, свою мебель и какое-либо ремесло или другое средство к пропитанию“. Город отвёл бесплатно место из бывших Драгутинских плантаций, в количестве 3450 кв. сажени: в 1885 году произведена закладка главного здания, которое было закончено в 1887 году; в 1889 году построен второй корпус, в 1891 году — третий и в 1893 году — четвёртый. Все дома в 3 этажа и заключают в себе: 23 квартиры в 3 комнаты каждая, 103 — в 2 комнаты, 37 — в 1 комнату; кроме того имеется 6 лавок и квартира для администрации здания».

Запись в адресном справочнике (1908 год)

Незадолго до завершения строительства, в ноябре 1893 года, здесь открывается Народное училище для детей, живущих в здании. Их обучение, а также учебные книги и пособия были бесплатными. При Павловском доме имелся постоянный врач, услугами которого жители комплекса могли пользоваться бесплатно. Лекарства и необходимые на первых порах медицинские пособия больные так же получали бесплатно из домашней аптеки при конторе здания. Местоположение училища, лавок и домовой клиники, к сожалению, неизвестно. По данным на тот же 1893 год, в здании квартировали шестьсот сорок один человек обоих полов, 32 из них денег за проживание не платили.

Фотография начала XX века, справа вдали — корпус 1

Первым из шести корпусов был возведен корпус 1. Здание расположено на углу улицы Канатной и Итальянского бульвара, занимает довольно сложный в плане, асимметричный участок. Архитектор Ф. В. Гонсиоровский, фактически не только возвёл само здание, но и разработал генеральный план застройки квартала (в пределах улицы Канатной, Итальянского бульвара, переулков Орликова и Ямчитского). Н. К. Толвинский, продолжавший возведение комплекса, отчасти следовал этому плану, застроив четырьмя корпусами периметр обозначенного квартала, сохранив этажность ансамбля и общую стилистику с корпусом Гонсиоровского. По окончании второй очереди строительства под руководством Толвинского, в центре квартала образовался огромный двор, который первоначально планировался под устройство небольшого сада и размещение менее масштабных, служебных корпусов.

Однако пространство это долгое время пустовало, и, лишь спустя более полутора десятилетий, в центре двора вырос большой, радикально разнящийся с окружающей застройкой, корпус 6 — четырёхэтажный параллелепипед в стиле геометрического модерна. К сожалению, данные о точной дате его строительства, а также об авторе проекта отсутствуют, однако, анализируя архитектурное решение корпуса, можно найти параллели с творчеством архитекторов Л. М. Чернигова и А. Б. Минкуса.

Все корпуса, выстроенные Толвинским, объединены по красной линии одноэтажными пристройками, что придаёт двору комплекса некоторую камерность. Их лицевые фасады рустованы аналогично первым этажам и это создает эффект неразрывности и монолитности застройки.
Во дворе сохранилось небольшое, квадратное в плане, сооружение со срезанными углами, возведённое в традициях «кирпичного стиля» и перекрытое невысоким восьмиугольным шатром. Среди версий о его изначальном предназначении, наиболее вероятны версии об электрической подстанции или голубятне. Однако это — только предположение.

Сооружение неизвестного назначения

На другой стороне двора сохранилась ещё одна интересная бытовая деталь, неотъемлемая для Одессы конца XIX столетия — наливной колодец.

Колодец

Павловские дома дешёвых квартир успешно исполняли свои функции до самой революции. Функции эти не изменились и в советские времена, однако, как и большинство дореволюционных многоквартирных домов Одессы, здания комплекса подверглись перепланировке и «уплотнению». Дальнейшую историю домов нельзя назвать бурной. В 1923 году по адресу ул. Ямчитского, 2 (т. е. именно по стороне комплекса зданий дешёвых квартир) значился I-й Родильный дом.

Общий вид комплекса Павловских домов дешёвых квартир (ок. 1917 года). Слева — корпус 1, справа — корпус 3, между ними, в глубине — корпус 6.

В 30-е годы Павловскими домами прошлась очередная волна реконструкций, изначальная планировка была окончательно нарушена, однако общие её очертания сохранились. На протяжении советского периода, годами не ремонтировавшиеся здания приходили в запустение, ветшали и сегодня их состояние сложно назвать даже удовлетворительным. Однако комплекс Павловских домов дешёвых квартир ценен не только с архитектурно-градостроительной и исторической точки зрения, он является своеобразным памятником щедрой благотворительности, столь свойственной одесситам XIX века.

Корпус 1

Корпус 2

Корпус 3

Корпус 4

Корпус 5

Корпус 6

Использованная литература и архивы

Статья о комплексе Павловских домов дешевых квартир
«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Архитектура Одессы. Стиль и время» В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
Статья о корпусе 6 в блоге Antique
«Куликово поле и его „окрестности“ на старинных открытках». В. Дроздовский, Ева Краснова
Старые фотографии с сайта Одесская фотогалерея, архив пользователя brassl
Сергей Котелко и Сергей Решетов, историческая справка

Авторы

Александр Левицкий, арт-директор, редактор и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Дом и флигель Герценштейна

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:51:14 +0200

Канатная, 64

Малоэтажный модерн встречается в Одессе нечасто и в большинстве случаев представляет собой скромную фоновую застройку. К таким зданиям можно отнести и дом Герценштейна, в элементах оформления которого прослеживается явственный почерк архитектора А. И. Гольцвурма.

Тип здания: магазин, жилой флигель
Стиль: модерн
Архитектор: неизвестен (строительство), А. И. Гольцвурм (реконструкция)
Дата строительства: кон. XIX в, 1910-е г.г.
Статус: объект фоновой застройки

Главный фасад

Общий вид

Исторические сведения о доме на Канатной, 64 практически полностью отсутствуют. В стиле модерн выполнен только главный фасад лицевого флигеля, в остальном дом представляет собой простую безстилевую постройку, возможно возведенную еще в конце XIX века. Согласно справочникам домовладельцев «Вся Одесса», начиная с конца 1900 гг., участок на Канатной, 64 принадлежал некоему Герценштейну, для которого и реконструировались существующие здания. Поскольку точная дата строительства остается под вопросом, такое наименование как «дом Герценштейна» можно обозначить как условное.

Реконструкция, осуществленная Гольцвурмом, вероятно совпадает по времени с возведением неподалеку, на Канатной, 52, большого доходного дома Е. А. Пикеля, ряд элементов которого был применен на фасаде дома Герценштейна.
Застройка участка состоит из двух сооружений — лицевого одноэтажного дома и внутридворового двухэтажного флигеля.
Главное здание почти симметрично и разделено на два независимых крыла объемом проезда во двор, который со стороны улицы оформлен в виде портала с двумя узкими пилонами и арочным проемом, перекрытым простой горизонтальной балкой.
Портал сдвинут ближе к левому краю фасада, но обусловленная этим асимметрия на первый взгляд незаметна. Пилоны, аналогичные пилонам портала, отмечают края фасадной плоскости на стыках с соседними зданиями. Постройка увенчана массивным строгим аттиком, а над проездной аркой располагается условный фронтон лучковой формы.

Пилоны и фронтон

Изюминка дома — неплохо сохранившиеся ворота арки. Орнаментальные мотивы, примененные в их оформлении, перекликаются с ограждениями балконов и лестничными перилами вышеупомянутого дома Пикеля, возведенного Гольцвурмом в 1910 году в стиле сдержанного сецессиона. Оба здания роднят и некоторые пластические решения.

Ворота проезда

Проезд и ворота, вид со стороны двора

Проезд ведет в просторный двор, граница которого с левой стороны отмечена двухэтажным жилым флигелем неопределенного стиля, а с правой — брандмауэром соседнего дома номер 62.

Внутридворовой флигель

Общий вид

Внешняя лестница

Во флигеле сохранились простые бюджетные металлические лестницы, аналогичные которым часто встречаются в домах конца XIX века, но исчезают в период модерна. Сохранившееся убранство флигеля (внешняя лестница, входная дверь и лестница подъезда) еще раз подтверждает факт того что, участок застроен в предшествующие эпохе модерна времена.

Использованная литература и архивы

«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
Статья о доме в блоге Antique

Авторы

Александр Левицкий, арт-директор и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Доходный дом М. и П. Фон-Деш

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:50:11 +0200

Гоголя, 21

Доходный дом Фон-Деш — образец творчества одного из самых ярких одесских архитекторов эпохи модерна Викентия Ивановича Прохаски. Здание, построенное в 1909 году, стало настоящим украшением улицы Гоголя.

Тип здания: доходный дом
Стиль: модерн, модернизированный неоренессанс
Архитектор: В. И. Прохаска
Подрядчик: Ф. О. Гайдуков
Дата строительства: 1908-1909
Статус: памятник архитектуры местного значения
Второй адрес: Сабанеев мост, 5/7

Общий вид здания

Вид на угол здания со стороны дома Заблудовских

Фасад по улице Гоголя

Участок на углу улиц Гоголя и Сабанеев мост, где в 1909 году вырос очередной, спроектированный В. И. Прохаской шедевр итальянского ренессанса, с конца XIX века и на протяжении 1900-х годов числился за М. и П. Фон-Деш (инициалы указаны в соответствии со справочниками домовладельцев «Вся Одесса» за 1900-1910 годы), в справочнике на 1910-й год в качестве владельцев указываются, П., Б. и А. Фон-Деш.

С конца 1890-х годов на этом месте располагалась контора Акционерного общества электротехнических заводов «Siemens & Halske», где работал Иосиф Борисович Фон-Деш. К 1907 году контора переехала на соседний участок по адресу Сабанеев мост, 5, освободив под слом строение где до этого располагалась.

Выстроенный на этом месте новый доходный дом стал настоящим украшением улицы Гоголя (в те времена — Надеждинской). В 1909 году помимо доходного дома Фон-Деш, архитектор Прохаска возвел для Е. Я. Менделевича один из красивейших особняков Одессы на Маразлиевской, 28.

В издании «Указатель памятников и памятных мест по городу Одессе» (А. С. Фридман) указывается, что Фон-Деш подарил этот дом дочери в качестве приданого. Сам хозяин был известен в свое время весьма экстравагантными банкетами, приуроченными ко дню рождения его собаки. На праздник приглашались гости со своими собаками, причем последним прислуживали официанты из ресторана, а сами гости на память получали украшения с бриллиантами.

Фасад со стороны улицы Сабанеев мост

Общий вид (фото до 1984 года)

В собственности семьи Фон-Деш дом пробыл относительно недолго. После 1910 года здание сменило владельца. В справочнике «Вся торгово-промышленная Одесса» за 1913 год, в качестве собственника указывается Петр Иванович Кухта, который был одним из членов общества мануфактурной торговли Котляревского. Сведенья в различных справочных изданиях тем не менее разнятся.

В справочнике «Вся Одесса» (изд. «Одесские новости») участок со стороны Сабанеева моста числится за Фон-Деш, хотя в алфавитном указателе фамилий домовладельцев запись о нем отсутствует. Единственный владелец дома по состоянию на 1911 год — Иосиф Борисович Фон-Деш, вместо которого в последующие годы значится П. И. Кухта. Таким образом, несмотря на путаницу, после 1912 года здание уже не принадлежало семье Фон-Деш.

В период Первой Мировой войны справочники домовладельцев не выпускались, поэтому дальнейшую смену (если таковая была) собственников дома проследить почти невозможно.
В дальнейшем в бывшем доме Фон-Деш размещалось консульство Франции и проживал В. Г. Страц, который располагал собственным домом в Отраде.

Среди известных людей, живших в доме в советский период стоит упомянуть дирижера Т. И. Гуртового (1919-1940 г.г.) и хирурга, главврача Одесского военного госпиталя В. Л. Покотило (1920-1931 г.г.).

Фрагмент фасада со стороны улицы Сабанеев мост

Доходный дом Фон-Деш возведен в одном из самых престижных районов городского центра. Поблизости располагаются дворец, картинная галерея и доходный дом Толстых, особняки Поммера и Манук-Бея, роскошные доходные дома Заблудовских и Фальц-Фейнов, здание Кредитного Общества.

Среди подобной застройки дом не выделяясь пышностью отделки, является заметным и значимым с градостроительной точки зрения объектом, несмотря на то что на пересечении улиц Гоголя и Сабанеев мост ключевое место досталось богато и с размахом декорированному дому Заблудовских. Продолжая тему итальянских (в том числе — флорентийских) палаццо, основы которой были заложены еще при проектировании доходного дома Ксида на Еврейской, 12, дом Фон-Деш выгодно выделяется элегантностью пропорций и благородством облика.

Рекламная табличка архитектора В. И. Прохаски с датами постройки дома, расположенная со стороны улицы Гоголя, около входа в парадный подъезд

Застройка участка состоит из Г-образного лицевого крыла и прямоугольного дворового. Ширина лицевых фасадов по Гоголя и Сабанееву мосту практически идентична и, не считая угловой ризалит, насчитывает по девять оконных осей. Сам дом — трехэтажный с полуподвалом, который из-за понижения уровня грунта при спуске улицы Гоголя к морю, со стороны Сабанеева моста переходит в практически полноценный этаж.

Массивный, напоминающий башню ризалит, композиционно выделяющий угол здания, ранее реализовывался Прохаской в проекте Ломбарда на углу улиц Бунина и Леха Качиньского. В доме Фон-Деш ризалит оформлен сдержаннее и имеет по краям большие глухие простенки. Единственная оконная ось является центральной для двух его фасадных плоскостей.
Полуподвальный этаж отделан простым, имитирующим кладку рустом с неглубокой фактурой.

Фрагмент руста полуподвального этажа

Руст второго этажа заметно глубже а исполнение его «блоков» пластичнее.

Отделка первого этажа

Обрамление полуциркульных окон, созданное элементами руста выглядит очень выразительно и напрямую цитирует канонический итальянский ренессанс. Между первым и вторым этажами дом опоясывает простой строгий карниз. Между вторым и третьим этажами карниз отсутствует. Плоскости стен второго и третьего этажей покрыты едва выраженным, схематичным рустом.

Окна второго этажа декорированы наиболее выразительно. Каждое из них обрамлено массивным рустованным наличником и увенчано треугольным сандриком в классических традициях. Подоконный карниз опирается на мощные консоли, выполненные в модерновой пластике, между которыми размещена простая геометрическая филенка.

Отделка второго этажа

Окна третьего этажа оформлены наиболее близко к стилю модерн. Верхние перекладины проемов изогнуты полуэллипсом и дополнены большими замковыми камнями.

Отделка третьего этажа

Здание оборудовано всего шестью балконами, два из которых размещены на угловом ризалите со стороны улицы Гоголя. Балконы опираются на массивные консоли и имеют ограждения в виде каменных балюстрад. Дизайн балюстрад и консолей различается в зависимости от этажа.

Балконы

Угловой ризалит увенчан невысоким антресольным этажем, освещаемым через горизонтально вытянутые проемы эллиптической формы. По сторонам от проемов Прохаска разместил барельефы в виде пышных гирлянд, каждую из которых придерживают двое путти.

Барельеф на фризе ризалита

На самом углу на уровне третьего этажа размещен геральдический щит с датой окончания строительства дома, который символически прикреплен к фасаду элегантными лепными лентами.

Геральдический щит с датой окончания строительства

Вход в единственный подъезд дома расположен со стороны Гоголя на одной оси с балконами в центре фасада. Сохранившаяся входная дверь подъезда, настоящий шедевр декоративного модерна, выполнена из металла с использованием растительных мотивов и узоров и снабжена огромными остекленными проемами. Новодельные решетки окон полуподвала со стороны Сабанеева моста стилистически перекликаются с входной дверью, однако качество их исполнения заметно ниже.

Дверь подъезда

Одна из новодельных решеток окон полуподвала со стороны улицы Сабанеев мост

Оригинальный флагодержатель

Лестничный шлюз подъезда оформлен очень аскетично, однако не исключен тот факт что он мог быть расписан. Сохранилась так же дверь, ведущая из шлюза на лестничную клетку, которая значительно скромнее по оформлению нежели внешняя входная дверь, хотя сама по себе достаточно интересна.

Дверь, ведущая из шлюза на лестничную клетку

Лестничная клетка имеет в плане форму слегка вытянутого прямоугольника со срезанным углом, на плоскость среза которого приходятся световые окна, выходящие во двор дома.

Отделка подъезда весьма презентабельна: мраморные ступени, площадки, покрытые кафельной плиткой и перила неповторимого образца (Прохаска редко повторялся в отношении перил, почти для каждого дома разрабатывая индивидуальные).

Фрагмен отделки пола кафельной плиткой в подъезде

Перила дома Фон-Деш собраны из секций, каждая из которых объединяет две зеркальных друг другу вставки растительно-цветочного характера.

Перила

Интерьер подъезда удачно дополняется световыми окнами жилых помещений, ныне не исполняющими своих функций но сохранившими оригинальные переплеты. Вестибюль квартиры на втором этаже так же оборудован двумя узкими, вертикально вытянутыми окнами, фланкирующими входную дверь.

Световые окна жилых помещений в подъезде

Арка проезда во двор размещена на крайней оси у стыка с соседним домом по улице Сабанеев мост. Имея со стороны улицы, выполненый в модерновой пластике проем, она перекрыта простыми плоскими сводами. Внутренний объем арки исключительно функционален и лишен какой бы то ни было отделки.

Арка проезда

То же можно сказать и о дворовых фасадах дома.

Верхнее световое окно подъезда со стороны двора, фланкированное оригинальными, присущими Прохаске консолями

В рамках творчества В. И. Прохаски дом Фон-Деш прекрасно иллюстрирует самобытный и оригинальный почерк мастера, сумевшего разработать способы гармоничного сочетания казалось бы несочетаемого.

Монументальность и элегантность, пластичность и строгость, романтичность и функциональность. Доходный дом Фон-Деш обладает рядом достоинств, не конфликтующих друг с другом. К тому же, благодаря великолепной проработке даже мельчайших деталей, удачно найденным пропорциям и тщательно продуманному декору, здание занимает достойное место рядом со значительно более пышно декорированными сооружениями.

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
Справочники домовладельцев «Вся Одесса» за 1900, 1901, 1902, 1907, 1909, 1910, 1913, 1914 годы.
Статья о доме в блоге Antique (Атрибутация, историко-краеведческие сведения)
Фотоархив пользователя Brassl
«Указатель памятников и памятных мест по городу Одессе». А. С. Фридман, И. В. Арутюнова, Н. Н. Мотырева.

Авторы

Александр Левицкий, арт-директор и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Комплекс Одесской всероссийской выставки 1910 года

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:49:37 +0200

Знаменитая выставка, организованная в Одессе в 1910 году, подняла статус и престиж города не только на территории Российской империи, но и за ее пределами, позволив ему занять третье место по промышленным оборотам в стране. Особого внимания заслуживали не только экспонаты и события выставки, но ее павильоны, многие из которых представляли собой интереснейшие творения архитектуры малых форм.

Полное наименование мероприятия: «Фабрично-заводская, художественно-промышленная и сельскохозяйственная всероссийская выставка 1910 года».

Место проведения: Александровский парк (Парк Шевченко).

Типы сооружений:

выставочный павильон;
торговое сооружение;
увеселительное сооружение;
административное здание;
архитектура малых форм.

Стиль: эклектика, модерн.

Архитекторы:

Л. Л. Влодек;
С. А. Ландесман;
Л. М. Чернигов;
Ю. М. Дмитренко;
В. И. Кундерт;
А. Н. Клепинин;
Т. М. Вольфензон;
Е. С. Буркер;
В. А. Гернеби;
И. В. Вирский;
А. Штейнгауз;
М. Руди;
и др.

Дата строительства: 1909-1910

Статус:

не сохранился (большая часть павильонов демонтирована по окончанию выставки);
объект фоновой застройки (Павильон кондитерской фирмы Печесскаго).

Общий вид выставки, фотокопия с литографии (Max Herzog Publisher, Teplitz, Austro-Hungarian Empire)

В Одессе с 1884 года не проводилось крупных областных выставок. С самого начала XX века витала идея провести в Одессе выставку, показавшую достижения промышленности Юга России. Инициативу устройства выставки взяло на себя Одесское отделение Императорского Русского технического общества (кратко — Русское Техническое общество — (РТО)) ещё в 1902 году. В самом начале 1903 г. в совет РТО поступило заявление от устроителей проведённой в Одессе в 1895 г. «Выставки домоустройства»:

«Желая … оказать возможное содействие подъёму фабрично-заводской и ремесленной промышленности г. Одессы и имея в виду, что это именно и составляет одну из главных задач технического общества, намеченных его уставом, мы, нижеподписавшиеся, имеем честь предложить совету войти в общее собрание с предложением об устройстве в Одессе одесским отделением технического общества в 1904 г., c 15 мая по 1 октября того же года, фабрично-заводскую, ремесленную и художественную выставку одесского градоначальства…».

Была разработана программа выставки и проект положения о выставке. Но события Русско-Японской войны и последовавшая за ней смута, особенно сильно ударившая по Одессе, смешали эти планы.

https://maps.google.com/maps/ms?msa=0&msid=218237830618111004853.0004e6485313e7d7724ea&ie=UTF8&t=h&ll=46.479623,30.757427&spn=0,0&output=embed

После установления спокойствия идея возникла вновь. К Техническому обществу присоединилось Императорское Общество сельского хозяйства Южной России, которое также не устраивало выставок с 1884 г. В 1909 г. был сформирован Распорядительный комитет под председательством инженера А. А. Гуляева. В президиум были включены видные одесские агрономы, архитекторы, инженеры, инженеры-технологи, медики (Л. Л. Влодек, С. А. Ландесман, Л. М. Чернигов, Ю. М. Дмитренко, Т. М. Вольфензон, Е. С. Буркер, В. А. Гернеби, И. В. Вирский и другие).

Фабрично-заводская, художественно-промышленная и сельскохозяйственная всероссийская выставка 1910 года, рекламные открытки и почтовые марки

Открытка, оформленная Иваном и Георгием Пашковыми

Образцы почтовых марок (из коллекции В. Дроздовского)

Образцы почтовых марок

На почётные должности президента и председателя были назначены В. И. Ковалевский (председатель столичного Санкт-Петербургского Технического общества) и известный одесский банкир и промышленник А. А. Анатра. Стать Почётным Президентом «соизволил дать милостивое согласие» великий князь Александр Михайлович. Организаторы выставки не скрывали экспансионистских планов российского капитализма — одной из целей выставки провозглашалась «экономическое завоевание стран Ближнего Востока».

Серебряный сувенирный жетон

Распорядительный комитет пожелал узнать отношение местных предпринимателей к устройству выставки, для чего было произведено анкетирование, давшее 72 ответа из которых 60 ответов были позитивных и 12 — негативных. Таким образом, значительная часть представителей местной промышленности и торговли выразили готовность принять участие в выставке, и Комитет занялся получением разрешений и сбором денег.

Проведение выставки было назначено с 15 мая по 1 октября 1910 г. Императорское сельскохозяйственное общество опубликовало «Открытое письмо об условиях участия в фабрично-заводской, художественно-промышленной выставке 1910 г. в Одессе» с обращением к сельским хозяевам края принять в ней участие.

План выставки

Фотокопия плана

Подготовка к выставке и ее торжественное открытие

Общая смета расходов на проведение выставки превышала 500 тысяч рублей (по другим данным — 700 тысяч), причём деньги эти были собраны устроителями; из городской казны было выделено только 30 000 рублей на строительство и наполнение экспонатами городского павильона. Город бесплатно выделил территорию для проведения выставки. Ходатайство Распорядительного комитета о предоставлении льготного тарифа на воду было отклонено.

Для облегчения иногородним экспонентам доставки выставочных экспозиций в Одессу им были предоставлены льготные железнодорожные тарифы, включающие бесплатный провоз экспонатов обратно. Иностранным экспонентам было предоставлено право беспошлинного ввоза товаров. В январе 1910 г. была образована «Комиссия для снабжения иногородних посетителей доступными квартирами».

Городские власти дали разрешение на размещение выставки в заброшенной части Александровского парка — так называемой Карантинной площади (на её месте в 30-х годах XX века построили «стадион у моря» (стадион ФК Черноморец)). Предыдущие выставки, проводимые в Одессе в 1881 и 1884 гг., проводились тут же, но в этот раз, ввиду грандиозности планов устроителей и значительно большей требуемой площади (выставка заняла 17 десятин — 18 ? гектар), под выставку была отдана и приморская часть парка, и Михайловская площадь. С противоположной стороны от Михайловской площади границей выставки служил Лидерсовский бульвар.

Выставка была открыта в воскресенье, 25 мая 1910 года. На открытии присутствовали градоначальник генерал-майор И. Н. Толмачев, городской голова Н. И. Моисеев, командующий войсками Одесского военного округа генерал-адъютант Н. П. Зарубаев. После совершения благодарственного молебствия у временного аналоя выставка была открыта командующим округом.

Открытие выставки

Торжественная церемония открытия

Молебен

С приветственным словом к собравшимся обратился одесский градоначальник, а символическую ленточку на входе в главный павильон перерезала его супруга. Приветственное слово градоначальника не отличалось оптимизмом. В частности он сказал:

«Что касается надежд на оживление чисто одесской промышленности, то они навряд ли оправдаются, ибо не секрет же, что одесское фабричное производство крайне ограничено и ничем интересным похвастаться не может. И если говорить об успехах промышленности как результата нашей выставки, то на них могут рассчитывать другие фабричные пункты, приславшие сюда экспонаты, но ничуть ни Одесса».

Блестящий публицист Одессы А. М. Дерибас так откликнулся на «приветствие» градоначальника в газете «Одесский листок», номер которой от 25 мая был полностью посвящен открытию выставки:

«Сегодняшний день Одесса с полным правом может считать высокоторжественным праздничным днём. Сегодня над территорией выставки весело извивается флаг, и там, где несколько месяцев назад были пустынные дорожки заброшенного парка, там сегодня очарованному взору зрителя представится длинный ряд красивых павильонов и киосков — свидетельство кипучей энергии, таланта и трудолюбия устроителей и участников выставки… Но из песни слов не выкинешь — приходится вспоминать, что на сегодняшнем торжестве „отцы города“ по праву должны занять самое последнее, „непочётное“ место… Пусть темнота, узость кругозора, несознательность, послужит извинением „отцам города“, не понявшим великого значения для Одессы настоящей выставки… С некоторого времени принято хоронить Одессу. О её торгово-промышленном значении говорят не в настоящем и будущем, а только в прошлом. В будущем …скептики не видят ничего хорошего для Одессы… Блестящим ответом всем этим скептикам является настоящая выставка».

Были отправлены телеграммы Государю с «выражением верноподданнических чувств», Великим князьям, Председателю совета министров, Министру торговли и промышленности, Главному управляющему землеустройством, другим высшим чинам Империи.

Плата за посещение выставки в день её открытия составила 2 рубля 10 копеек, а за присутствие на самом торжественном открытии — вдвое дороже. Входные билеты на 26 и 27 мая продавали по 1 рубль 10 коп.

В день открытия среди гостей присутствовал бывший шах Персии Мухаммед Али, в то время проживающий в изгнании в Одессе.

Архитектура комплекса выставки

Выдающиеся сооружения

1. Павильон Юго-Западной железной дороги;	16. Павильон кирпиче-черепичного завода Фельдзера;
2. Александровская колонна;	17. Павильон РОПиТ;
3. Главные ворота выставки;	18. Павильон рыбного отдела;
4. Главный павильон;	19. Павильон «Габербуш и Шиле»;
5. Фонтан перед главным павильоном;	20. Главное здание сельскохозяйственного отдела;
6. Центральная аллея парка с трамвайной колеей;	21. Павильон «Беллино-Фендерих»;
7. Павильон профессионального образования;	22. Павильон «Байерле и К°»;
8. Здание администрации;	23. Машинный павильон;
9. Павильон пивоваренного завода Санценбахера;	24. Павильон Одесского аэроклуба;
10. Павильон мукомольной фабрики;	25. «Самовар-Гигант», павильон «Товарищества Караван»;
11. Мост над колеей;	26. Главный фонтан;
12. Павильон «Эм. Вайнштейн и С-ья»;	27. Башня-бельведер;
13. Павильон Товарищества А. К. Дубинина;	28. Театр-иллюзион «Гигант»;
14. Ресторан выставки;	29. Особняк Кузнецова.
15. Павильон кондитерской фирмы Печесскаго;

Территория выставки была распланирована инженером М. Ф. Бесчасновым. Основные строительные работы были выполнены техником путей сообщения Е. А. Гавриловым (в Александровском парке) и гражданским инженером С. В. Пановым (на Михайловской площади). Территория выставки была огорожена забором. Чтобы не перекрывать идущую через парк дорогу на Ланжерон, было решено разбить выставку этой дорогой на две зоны, а соединить их между собой специально построенным пешеходным мостом (надземным переходом). С высоко расположенного моста открывался замечательный вид на всю выставку. Для подъёма на мост, для удобства публики, вёл прообраз эскалатора — «движущийся тротуар, представляющий собой деревянную ленту, приводимую в движение специальными электрическими машинами». Для предотвращения угрозы пожаров на территории выставки была создана специальная противопожарная система — проложены трубы «особого морского водопровода».

Рекламный плакат выставки с изображениями некоторых павильонов

Фотокопия плаката

На выставку вело четыре входа. Главный вход, оформленный в виде триумфальной арки в неорусском стиле, совмещённой с башней, в виде маяка с навершием в виде шлема древнерусского витязя (архитектор А. Н. Клепинин), устроили на пересечении главной аллеи Александровского парка и дороги на Ланжерон (напротив памятника Александру II). Арка была украшена ярким мозаичным панно, выполненным художниками выставки, приглашёнными из Москвы — Иваном и Георгием Пашковыми. По всей вероятности эти же художники выполнили и серию рекламных плакатов выставки, напечатанных литографическим способом в одесской типографии «Новак и Побуда». Ещё два входа располагались на Михайловской площади, а четвёртый — у входа в главный ресторан парка.

Ворота главного входа на выставку

Общий вид на различных открытках

Открытка с программой мероприятий и изображением ворот главного входа на выставку

На поздних выставочных открытках можно встретить гравированное изображение главного павильона выставки, где был представлен широкий выбор мануфактуры, ковров, головных уборов, костюмов и платьев различных фабрик и мастерских.

Главный павильон (павильон мануфактурных изделий)

Общий вид (гравюра В. Кундерта)

Гравюра легкого, изящного и белоснежного павильона, построенного по проекту гражданского инженера В. Кундерта, им же самим любовно выполнена. Изображению этому суждено было попасть на множество рекламных открыток выставки. В архитектуре протяженного, строго симметричного здания Кундерт сумел выработать черты, которые впоследствии проявятся в более поздних его постройках. Например, огромный доходный дом Яворовских на Нежинской, 64 (1911 г.) увенчан в центре фасада широким скругленным фронтоном, несомненно позаимствованным у главного здания выставки. В целом компоновка сооружения соответствовала традиционным тенденциям мировой выставочной архитектуры тех времен, принципы которой были заложены еще Джозефом Пэкстоном в проекте лондонского «Хрустального Дворца» (1851 г.).

Общий вид

Вид выставки и главного павильона

Сооруженный Кундертом павильон хорошо гармонировал с выросшим поблизости зданием администрации выставки, спроектированным Л. Л. Влодеком. Решение его фасадов заимствовалось у здания железнодорожной станции Одесса-Порт на улице Приморской (1902-1903 г.г., сохранилось частично), которое Влодек возводил в соавторстве с С. А. Ландесманом.

Административное здание

Общий вид, открытка

Главная аллея Александровского парка и административный павильон, слева вдалеке видна Александровская колонна, открытка

Посетителю, прошедшему сквозь ворота главного входа открывался воистину величественный вид — прямая главная аллея парка, с рядами одноэтажных павильонов с обеих сторон, уходящая в море. Перспективу завершал стоящий на самом обрыве павильон РОПиТа, сам выполненный в виде морского судна, как бы ошвартованного у строения с башней. Мачта и снасти судна возвышались на фоне моря, что придавало павильону вид реального корабля.

В целом было построено 30 «казённых павильонов» общей площадью около 13 тысяч квадратных метров — в том числе главное здание выставки и главные отраслевые павильоны, на что было потрачено более 200 000 рублей.
Кроме казённых павильонов на территории выставки было возведено более 120 частных, основная масса которых была построена одесскими строителями и архитекторами — 105 павильонов и киосков. Некоторые приезжие экспоненты самостоятельно создавали свои экспозиционные площадки или даже везли собственные павильоны с собой в разобранном виде — так поступили, например, московская парфюмерная фирма Ралле и кавказский производитель коньяка Д. З. Сараджаев.

Павильон парфюмерной фирмы Ралле

Общий вид, открытка с рисунка художника Георгия Пашкова. Издательство «Т-во Р. Голике и А. Вильборг»

Павильон фабрики Дунаева

Общий вид, открытка с рисунка художника Георгия Пашкова. Издательство «Т-во Р. Голике и А. Вильборг»

Частные павильоны были оформлены очень разнообразно, исходя из эстетических пристрастий владельцев, направления работы фирмы и архитектурной моды того времени. Павильоны привлекали внимание посетителей ярко выраженной стилистикой и «национальной экзотикой» — было большое число павильонов в русском стиле или стиле национальных окраин Империи, зарубежных стран, родины экспонентов.

Павильон фаянсово-фарфоровых заводов А. Ф. Зусьмана

Общий вид

Павильон книгоиздателя И. Д. Сытина

Общий вид

Павильон книгоиздателя И. Д. Сытина был построен в неорусском стиле и расписан все теми же Иваном и Георгием Пашковыми. Мукомол Э. М. Вейнштейн (фирма «Эм. Вайнштейн и С-ья») соорудил белоснежный «мавританский» дворец с минаретом, украшенный тонкого исполнения восточной резьбой.

Павильон Э. М. Вейнштейна

Общий вид

Общий вид павильона и окружающих построек, открытка

Павильон шампанского «Moet & Chandon» наследовал в своей архитектуре стиль Людовика XVI и представлял собой пышно оформленный киоск, квадратный в плане, с четырьмя совершенно идентичными фасадами.

Павильон фирмы «Moet & Chandon»

Общий вид

Павильон мануфактурной фирмы был исполнен в древнегерманском стиле, павильон восточных сладостей Л. Х. Дуварджоглу — в древнеегипетском.

Павильон Л. Х. Дуварджоглу

Общий вид, на заднем плане виден павильон Э. М. Вейнштейна

Павильон гильзовой (для папирос) и папиросной фабрики И. Л. Конельского был мраморным, а фирма музыкальных инструментов «Ю. и Г. Рауш» создала изящный павильон, окна которого были выполнены в форме раскрытых крыльев бабочки. К тому времени декоративный модерн, в котором было выполнено сооружение, в Одессе фактически уже не практиковался и павильон «Ю. и Г. Рауш» выглядел на выставке несколько ретроспективно, хотя и был помимо всего прочего декорирован модными для того времени элементами ампира.

Павильон фирмы «Ю. и Г. Рауш»

Общий вид, открытка

Общий вид

Павильон фирмы «Э. Байерле и К°» (машины, насосы, пожарные трубы) копировал главный вход на выставку — правда, остаётся неизвестным, кто у кого позаимствовал идею дизайна.

Павильон фирмы «Э. Байерле и К°»

Общий вид, справа виден павильон чугонолитейного завода Г. и М. Раухвергеров

Много павильонов было создано в модном тогда стиле модерн. Многие цитировали в своей архитектуре известные узнаваемые сооружения из других стран или городов. Например, павильон Акционерного общества Р. Киндлера привлекал внимание башнями, скопированными со старинного замка в городе Мир (Беларусь).

Павильон Акционерного общества Р. Киндлера

Общий вид

По тогдашней моде вид самого павильона должен был сразу подсказать посетителям о деятельности экспонента.
Павильон горного отдела был устроен в виде шахты и обложен большими глыбами антрацита; чугунолитейного завода Г. и М. Раухвергеров был весь выполнен из чугуна; кирпично-черепичного завода Фельдзера был весь собран из продукции, выпускаемой заводом, а к самому сооружению вела эффектная трехпроемная арка модернизированных форм.

Павильоны чугунолитейного завода Г. и М. Раухвергеров и кирпично-черепичного завода Фельдзера

Общий вид павильона Раухвергеров и арки Фельдзера

Архитектор Ю. М. Дмитренко возвел весьма оригинальный павильон для мукомольной фабрики «Братья Анатра», разумеется, не обойдя вниманием мотив мельницы.

Рядом разместился павильон пивоваренного завода Санценбахера, представлявший собой причудливую смесь палатки и пивной бочки с пристроенной сбоку верандой для защиты от солнечных лучей и непогоды посетителей, изъявивших желание продегустировать продукцию именитого пивовара.

Павильоны фабрики «Братья Анатра» и пивоваренного завода Санценбахера

Общий вид

Французский производитель коньяков «Е. Норманден и К°» оформил свой павильон в виде каменного подвала, для хранения своей продукции, увенчанного бутылкой коньяка высотой в человеческий рост.

Павильон «Е. Норманден и К°»

Общий вид

Некоторые участники соорудили павильоны весьма скромных размеров, более напоминающие садовые беседки — к таким можно отнести павильон «Боржоми» (по старой транскрипции — «Боржомъ»).

Павильон «Боржоми»

Общий вид

Павильон пивоваренного завода Ф. Енни и К

Общий вид

Верхом минимализма являлся киоск московского книгоиздательства «Современные проблемы» — деревянная будка с единственным прилавком внутри. Фасад был украшен надписью огромного размера «Просимъ брать» — имелись в виду рекламные проспекты.

Павильон книгоиздательства «Современные проблемы»

Общий вид

Павильон участника из Ченстохова являлся и электростанцией, снабжающей выставку электроэнергией.

Проще выглядели «казённые» павильоны: отдел торгового судоходства был оформлен простой крестьянской избой, увешенной спасательными кругами и государственными флагами.

Павильон отдела торгового судоходства

Общий вид

Павильон профессионального образования напоминал конюшню, щедро украшенную национальными флагами.

Павильон профессионального образования

Общий вид

К удивлению, так же непритязательно выглядел павильон Мальцовских заводов. Впрочем, нужно отметить, что все экспоненты из Российской империи обильно демонстрировали свои патриотические чувства большим количеством национальных флагов.

Павильон Мальцовских заводов

Общий вид

Павильон Юго-Западной железной дороги

Общий вид

Среди главных достопримечательностей выставки выделялся один из павильонов чайного «Товарищества Караван», выполненный из дерева в виде самовара высотой 13 метров с огромным заварочным чайником на вершине. В верхней части самовара была устроена смотровая площадка с рестораном. Надписи на самоваре были написаны на русском языке и модном тогда языке эсперанто, а сам самовар украшала эмблема эсперанто — зелёная звезда.
В. П. Катаев, посетивший выставку ещё ребёнком, вспоминал, что самовар был «…высотой с четырёхэтажный дом… 10 саженей в высоту, 5 саженей в диаметре».

Самовар-гигант

Общий вид

Самовар-гигант и павильон Аэроклуба, на заднем плане видна башня городской обсерватории

Рекламная открытка «Товарищества Караван», приуроченная к Одесской выставке 1910 года

Второй павильон «Товарищества Караван» был административным, имел более скромные размеры, строго симметричную композицию фасада и башню-мезонин в центре, увенчанную невысоким шатром.

Административный павильон «Товарищества Караван»

Обложка проспекта «Товарищества Караван» с изображением административного павильона

Павильон завода шампанских вин «Генри Редерер» привлекал внимание публики макетом 6,5-метровой бутылки шампанского, установленной на 3-метровом постаменте. Автор этого «чуда» — инжернер Н. В. Осинский.

Павильон завода шампанских вин «Генри Редерер»

Вид аллеи и павильона на переднем плане

Фотокопия проекта инженера Н. В. Осинского

Оригинальным дизайном мог похвастать и вышеупомянутый павильон Русского общества пароходства и торговли. Он был построен архитектором А. Н. Клепининым в виде части корпуса настоящего парохода, соединённого со зданием агентства РОПиТ.

Павильон РОПиТ

Общий вид, открытка

Общий вид, открытка с рисунка художника Георгия Пашкова. Издательство «Т-во Р. Голике и А. Вильборг»

Пивоваренный завод «Габербуш и Шиле» оформил свой павильон в виде шпиля, составленного из пивных бочек разного размера, уменьшающихся от основания к верхушке. Благодаря своему эффектному силуэту, сооружение было одним из самых запоминающихся на выставке и было впоследствии запечатлено на множестве почтовых открыток.

Павильон «Габербуш и Шиле»

Общий вид

Общий вид, открытка

Фирменная пивная кружка «Габербуш и Шиле» из коллекции В. Дроздовского

Павильон «Кавказский натуральный коньяк» Д. З. Сараджиева был выполнен в виде скалы с гротом, на вершине которой стояла скульптура горного козла, а с вершины низвергался водопад. Интерьер грота, где проводились дегустации, напоминал пещеру и, по отзывам прессы, «вызывал полную иллюзию».

Павильон «Кавказский натуральный коньяк» Д. З. Сараджиева

Общий вид, открытка

Реклама Д. З. Сараджиева в путеводителе по выставке

Этикетки продукции Д. З. Сараджиева

Конечно, не все архитекторы выдерживали единый стиль. Самый наглядный пример художественного «разнобоя» — павильон «Товарищества А.К. Дубинин», сочетавший тяжелый каменный цоколь, полуовальный входной проем в стиле модерн, крышу с мелкой резьбой и нарядную, почти что пряничную башню-каланчу. Для той выставки был изготовлен рекламный плакат с видом павильона. Возможно, это была одна из первых аэрореклам в России (1910 г.!). На одесской выставке кроме золотой медали фирма А. К. Дубинина получила и высокое звание поставщика императорского двора.

Павильон «Товарищества А.К. Дубинин»

Общий вид

Реклама «Товарищества А.К. Дубинин» с изображением павильона и аэроплана

Одной из главных достопримечательностей выставки и её вертикальной доминантой стала обзорная башня-бельведер высотой 25 метров, построенная архитекторами А. Штейнгаузом и М. Руди и соединившая в своей архитектуре черты югендстиля и ар-деко, в Одессе практически не прижившегося. Одесситы называли её «Эйфелевой башней». Со смотровой площадки, оборудованной на её вершине, открывался великолепный вид на выставку, город и море.

Башня-бельведер

Общий вид башни и расположенных поблизости павильонов

Общий вид

Напротив главного павильона выставки был устроен фонтан с мощным насосом, способным подбрасывать струю воды на 15 метров, и с поворачивающимися кранами, для изменения направления струй воды и со специальной подсветкой восемью прожекторами с меняющимися цветными стёклами. По вечерам его «струи…, окрашиваемые …в различные цвета, принимали самые неожиданные формы, превращаясь в фантастические фигуры и целые феерические картины». Фонтан был построен берлинской фирмой «Шеффер и Вальнер» и его устройство обошлось организаторам выставки в 12 000 рублей. Фонтан считался достопримечательностью и по вечерам собирал толпы посетителей. Вообще же, в жаркие дни на территории выставки работало несколько фонтанов.

Павильон консервной фабрики Софьи Фальц-Фейн

Общий вид, открытка с рисунка художника Георгия Пашкова. Издательство «Т-во Р. Голике и А. Вильборг»

Общий вид

На выставке функционировали кинематограф, «театр-иллюзион» «Гигант» на 600 зрителей, фонтаны с цветной подсветкой, большая водяная карусель. Проводились театрализованные шествия и карнавалы: «Ночь на Монмартре», «Сорочинская ярмарка», «Цветочное корсо»; конкурсы, детские праздники, из знаменитого имения Фальц-Фейна в Аскании-Нова были привезены животные и устроен зверинец.

Театр-иллюзион «Гигант»

Общий вид театра и расположенных поблизости павильонов

Художественный отдел, располагавшийся в отдельном павильоне неоклассического стиля, украшенном большими скульптурными барельефами (архитектор А. В. Щусев), состоял из 11 групп и пользовался успехом у публики. В отделе экспонировались работы художников И. Я. Билибина, А. М. Васнецова, М. Добужинского, В. В. Кандинского, Б. М. Кустодиева, С. Малютина, Д. И. Митрохина, И. Е. Репина, А. А. Рылова, Н. К. Рериха, В. А. Серова, К. Ф. Юона; скульпторов И. Я. Гинцбурга, С. Т. Конёнкова, П. П. Трубецкого (он выставлял четыре бронзовых скульптурных группы: «Мать и сын», «Офелия», «Атлет» и бюст жены мастера) и других. Товарищество южнорусских художников было представлено К. Ф. Богаевским, Н. Бодаревским (картины «Молодой мечтатель» и «Вдали от родины»), П. Володкиным, Т. Дворниковым, К. К. Костанди (картины «Гуси», «Синяя туча», «Сирень»), Н. Д. Кузнецовым (картины «Прачки», «портрет артистки императорских театров М. Н. Кузнецовой»), А. Маневичем, П. А. Нилусом (картины «Розовое облако» и «В старые годы»), Б. Эгиз и др.

Павильон художественного отдела

Общий вид, слева расположен павильон Акционерного общества Р. Киндлера

Павильон удельного ведомства

Общий вид

Сельскохозяйственный отдел выставки был самым обширным. Его экспонаты размещались сразу в нескольких казённых павильонах. Главное здание отдела было сооружено в виде средневековой базилики, с двумя высокими башнями. В ней демонстрировались дары Херсонской и других южных губерний. В отделе «Сельскохозяйственные машины» были представлены изделия практически всех заводов земледельных орудий.

Павильон сельскохозяйственного отдела

Общий вид, открытка

Одесскую промышленность представляли заводы Беллино-Фендериха (паровые машины, котлы, мельницы, насосы) и Акционерного общества И. И. Ген (земледельческие машины).

Павильон завода Беллино-Фендерих

Общий вид

Павильон Акционерного общества И. И. Ген

Общий вид

Павильон техники

Общий вид, открытка

Аллея, ведущая к павильону техники

Интерес вызывала экспозиция кустарного отдела: выставленные в этом отделе работы южных кустарей, иногда поражающие своим изяществом, разнообразием и дешевизной — писал журналист «Нивы». В отделе рыбоводства и рыболовства особый интерес вызывала экспозиция казённого рыборазводного завода на озере Ялпуг — «здесь перед нами проходи вся история рыбы, начиная с искусственного высаживания икры и кончая приготовлением рыбных консервов» — писал он же.

Стоит упомянуть так же строгий и элегантный павильон фотографа Иосифа Покорного и выполненный в строгом модерне павильон фирмы «Гедеон-Бейм» (представительство сепараторов «Ланц»).

Павильон фотографа Иосифа Покорного

Общий вид

Павильон фирмы «Гедеон-Бейм»

Общий вид павильона и ветряной вышки

В модернизированных формах североевропейской архитектуры был выстроен павильон рыбного отдела, который из числа казеных павильонов выглядел наиболее эффектно.

Павильон рыбного отдела

Общий вид

Общий вид павильона рыбного отдела и павильона «Габербуш и Шиле» (слева)

Общий вид, открытка

После окончания выставки в 1911 году все павильоны были демонтированы и возвращены владельцам. Некоторые павильоны использовались и в дальнейшем. Так, выставочный театр-иллюзион «Гигант» был вновь собран на Молдаванке и использовался как кинотеатр. Воздухоплавательный павильон стал ангаром на одесском авиационном заводе. Трамвайная остановка на территории Александровского парка была сохранена и использовалась как контора управления парком им. Т. Г. Шевченко. Сохранилась так же трансформаторная будка, обслуживавшая трамвайную линию. В парке осталось несколько брошенных хозяевами павильонов, которые также были приспособлены под различные нужды, один из которых, павильон кондитерской фирмы Печесскаго, прекрасно сохранился до наших дней и переоборудован для ветеринарной лечебницы.

Павильон кондитерской фирмы Печесскаго

Общий вид (современное состояние)

Небольшое сооружение, имеющее в плане восьмигранную форму, перекрыто невысоким шатром и привлекает великолепным резным деревянным крыльцом.

Крыльцо, общий вид

Навес крыльца, общий вид

Резная капитель опоры крыльца

Следует заметить, что для нынешней Одессы аутентичные архитектурные элементы из дерева — огромная редкость.

Фонарь шатра

Оконный наличник

https://maps.google.com/maps/ms?msa=0&msid=218237830618111004853.0004e6483b91461bec18e&ie=UTF8&t=h&ll=46.47844,30.75658&spn=0,0&output=embed
Павильон фирмы Печесскаго на карте

Проведение выставки

По случаю 250-тысячного и полумиллионного посетителя устраивались пышные торжества. Играл духовой оркестр под управлением А. Р. Погорельского. В начале августа состоялся бенефис дирижёра В. С. Тереньева, который дирижировал оркестром и хором общим числом в 250 человек. Композитор Л. И. Чернецкий посвятил Одесской выставке марш для фортепьяно.

Грамофонная пластинка с маршем Л. И. Чернецкого

Эстрада музыкального павильона

Общий вид

Впрочем, не все виды развлечений разрешались. Газета «Одесские новости» в июле 1910 г. писала:

«Распорядительным комитетом выставки получено отношение г. градоначальника генерал-майора И. Н. Толмачёва с запросом по поводу напечатанного в „Одесских новостях“ сообщения об исполнении на территории выставки неприличного содержания пошлых кафешантанных итальянских песен и дуэтов, еврейских куплетов и рассказов. В том случае, если всё упомянутое в указанном сообщении соответствует действительности, градоначальник предлагает немедленно же прекратить этого рода представления, предваряя, что в противном случае им будет воспрещён доступ на выставку по вечерам детей и учащихся».

Кроме ресторана на верхней площадке самовара-гиганта, на территории выставки расположились и другие рестораны и кафе, а экспоненты, выставлявшие продукты питания и напитки регулярно устраивали дегустации своей продукции.

Главный ресторан

Общий вид

Владельцы некоторых ресторанов решили составить конкуренцию главному ресторану выставки — стационарному ресторану Александровского парка, и расположили филиалы своих заведений на территории выставки, как бы для рекламы своих ресторанов. Над самым морем расположилось огромное «Grand Cafe» Станислава Островского, содержавшего популярное кафе в центре Варшавы.

«Grand Cafe» С. Островского

Общий вид

Другой ресторан, «Квисисана», был расположен на главной аллее, являлся филиалом одноименного одесского ресторана, располагавшегося на улице Преображенской напротив Собора. Выставочное заведение было четырёхэтажным. В ресторане можно было пообедать как на открытых площадках, так и в залах. Выставочный филиал постигла печальная участь:

«Вчера утром на главной выставочной территории сгорел дотла один из самых больших ресторанов на выставке „Квисисана“, принадлежащий Ю. Бертэ. Лишь благодаря счастливой случайности, пожарным частям удалось отстоять от огня соседние павильоны и этим спасти всю выставку, которой угрожала опасность».

— Одесские новости. 4 июля 1910 г.

Ресторан «Квисисана»

Общий вид

К выставке было выпущено несколько наборов почтовых открыток с изображением выставочных построек (открытки были выпущены одесскими издательствами, Всемирным Почтовым Союзом России, акционерным обществом Гранберга в Стокгольме, варшавским издательством Граф. Зав. Б. Вержбиций и К° — всего было выпущено более сотни открыток). Нельзя не упомянуть также серию почтовых открыток, посвящённую выставке, художника Георгия Пашкова (Издательство «Т-во Р. Голике и А. Вильборг»). Художник В. Дунаевский выпустил альбом шаржей. Одесский гравёр Л. Пахман выпустил несколько серий памятных жетонов (из серебра и различных сплавов). Перед открытием выставки были напечатаны рекламные плакаты.

Общие виды выставки

Боковая аллея

Вид с пешеходного моста

Ход выставки подробно освещался не только всеми одесскими, но и столичными и российскими газетами (к примеру, столичные журналы «Всемирная новь» и «Нива» разместили статьи и фоторепортажи об открытии выставки). Во время работы выставки издавались сразу две конкурирующие друг с другом газеты: официальный «Вестник выставки 1910 года в Одессе», под редакцией Л. Г. Жданова, который должен был выходить ежедневно тиражом не менее 10 000 экземпляров (выпущен был 71 номер) и «Одесская выставка» (было издано 46 номеров).

Вот некоторые сообщения газеты «Одесские новости» о выставке:

«Из Царства Польского прибыло в Одессу много безработных, рассчитывающих найти работу на выставке; одних официантов прибыло около 7000 и большинству, конечно, пришлось вернуться обратно на родину».

— «Одесские новости». Май 1910 г.

«Организованным на выставке контролем вчера уже было установлено появление в городе поддельных билетов для входа на выставку. Несколько лиц, явившихся на выставку по таким билетам, были задержаны. Приняты меры по выявлению источника фабрикации и распространения таких билетов».

— «Одесские новости». 30 мая 1910 г.

«Выставку посетил вчера Ф. И. Шаляпин, который в сопровождении друзей подробно ознакомился со всеми отделами выставки. Особенно произвёл на знаменитого гостя сильное впечатление открывающийся вид на море. „Одним этим видом, — сказал Шаляпин, — одесская выставка значительно выигрывает в сравнении с брюссельской, которую я недавно посетил“. Сам Шаляпин пробыл на выставке до 11 час. ночи».

— «Одесские новости». 3 июня 1910 г.

«Третьего дня начал функционировать устроенный на выставке, у главного моста, „ТОПОГАН“ (подвижной тротуар), автоматически перемещающий желающих за небольшую плату (2—3 коп.) с выставочной территории на верхнюю площадку моста и обратно».

— «Одесские новости». 3 августа 1910 г

Периодические издания, посвященные выставке

Для наблюдения за порядком охраны выставки была нанята специальная команда — Александро-Невская Биржевая артель, прибывшая из Москвы, действующая на основании «Высочайше-утверждённом мнении Г. Совета и Устава Правления». В газетах было помещено объявление: «Посторонние лица на территорию выставки не допускаются. Гг. экспоненты, доверенные и участвующие в постройке должны при входе предъявить пропускные билеты». Специальные номерные служебные билеты с фотографией и личной подписью владельца были отпечатаны в одесской типографии «Энергия». По указанным на самих билетах правилах, они были именными (без права передачи другому лицу), должны быть предъявлены агентам контроля и охраны по первому их требованию, а лицо, отказавшиеся предъявить пропускной билет, было обязано купить входной билет.

Входные билеты

Стандартный входной билет

Служебный билет

Экспозиция выставки по традициям того времени была разделена на 32 тематических отдела: 15 в промышленном секторе и 17 в сельскохозяйственном. На момент открытия выставки было представлено примерно 1300 экспонентов, из которых около 250 относились к сельскому хозяйству, 800 — к фабрично-заводскому, а остальные — к школьному, морскому, художественному и авиационному. На Одессу приходилось 450 экспонентов, 105 — на соседние южно-русские губернии. Остальные — на остальные регионы Российской империи. 79 экспонентов прибыли из-за границы (24 — из Германии, 16 — из Австрии, 9 — из Франции, 3 — из Англии).

Из-за начавшейся в Малой Азии эпидемии чумы, на выставку не прибыли ни участники, ни зрители с Ближнего Востока. Экспоненты продолжали прибывать в течение всего лета, и к концу сентября (в канун закрытия выставки) их общее число достигло 1500.
Плата за посещение выставки была назначена в размере 32 копеек (включая благотворительный сбор). Дети до 10 лет и учащиеся в форме платили вдвое меньше.
В субботу, 29 мая (11 июня) 1910 года (далее все даты по старому стилю), выставку посетило 5 тысяч человек.

Всего за первые две недели выставку посетило 90 тысяч человек. Полумиллионный посетитель был зарегистрирован 19 августа 1910 г. До окончания работы выставки её по платным билетам посетило около 700 тысяч человек, что при 520-тысячном населении Одессы того периода могло считаться неплохим результатом.
К сожалению, на работе и посещаемости выставки отрицательно сказались как просчёты организаторов, так и внешние причины—эпидемии и дождливая погода сильно сократили количество приезжающих в Одессу (1910 год выдался для Одессы не очень удачным, в мае началась эпидемии холеры, а в июне — чумы. Лето выдалось холодным и дождливым).

Общий вид выставки, в центре на заднем плане видны ворота главного входа

В первые дни и даже недели работы выставки многие павильоны оставались пустыми. Самодвижущийся топоган, работа которого была разрекламирована, начал функционировать только 1 августа 1910 г., то есть спустя два месяца после открытия выставки.
По правилам выставки посетители могли купить понравившиеся им экспонаты в последний день работы выставки.

При Выставке был учрежден «Главный экспертный Совет» и экспертные комиссии в чьи задачи входила оценка качества выставляемых товаров. Экспертные комиссии состояли из членов РТО и Общества сельского хозяйства и привлечённых со стороны специалистов, «известных своею опытностью и трудами в соответствующей отрасли промышленности». Каждая экспертная комиссия оценивала достоинства экспонатов по десятибалльной шкале, представляя свои заключения в Главный Совет. Окончательный список предложенных экспертным Советом наград представлялся на утверждение Министерства торговли и промышленности.

Центральная аллея выставки

Награды от Комитета выставки «выдаваемы быть не могут». Лучшие выставочные экспонаты отмечались Министерством торговли и промышленности похвальными наградами в виде дипломов на золотые, серебряные и бронзовые медали большие и малые, похвальными отзывами и денежными премиями. Лауреаты наград выставки впоследствии могли помещать их изображения на вывесках, изделиях, товарных знаках и документах.

Экспозиция одесского аэроклуба и демонстрационные полёты

Огромным успехом пользовался павильон Одесского аэроклуба, сооруженный под руководством А. Анатра. Павильон был выполнен в виде огромного шатра из плотного авиационного шёлка. Экспонировались аэропланы Антуанетт, Блерио, Фарман, а также модели местной постройки; воздушный шар «Россия», модели летательных аппаратов.
Ю. Олеша, посетивший выставку, писал о впечатлении от павильона авиации:

«Околдовал меня! Лишил дара речи! Не отпускал меня!»

Павильон Одесского аэроклуба

Общий вид

Интерьер

Современникам запомнился один из первых полётов в Одесском небе, осуществлённый Сергеем Уточкиным во время проведения выставки. 3 июля 1910 г, при огромном стечении народа (плата за входной билет на выставку в тот день была поднята до 1 рубля 10 копеек), Уточкин на самолёте «Фарман», разогнавшись по центральной аллее Александровского парка, взмыл в небо, сделал несколько кругов над Одесским заливом, который был заполнен специально вышедшими в море яхтами, лодками, катерами и баркасами одесситов, желавшими наблюдать за полётом, и сел на противоположной стороне залива в селе Дофиновка.

Открытое письмо лета 1910 года с упоминанием планирующегося полета С. Уточкина

Полёт Уточкина сопровождался небывалыми мерами безопасности. Вот как описывала приготовления к полёту газета «Одесские новости»:

«Господин градоначальник разрешил С. И. Уточкину совершить 3 полёта на аэроплане с территории выставки над морем до берега Дофиновки и обратно 3, 7 и 10 июля. Командующий войсками Одесского военного округа, со своей стороны, согласился предоставить на время полётов необходимый наряд войск для охраны выставочной территории, зданий, насаждений, экспонатов и т. п. В море будут курсировать катера и яхты. Узнав о таком обилии назначенных судов, Сергей Уточкин шутливо заметил: „При таком положении я уже гарантирован, что не упаду в море, а упаду на катер или яхту“.

От дальнейших полётов, запланированных на 7 и 10 июля 1910 года авиатор отказался по причине неудовлетворительного финансового результата — все полёты были коммерческими, Уточкин нёс затраты и намеревался не только компенсировать их, но и получить прибыль; первый полёт однако ожидаемой прибыли авиатору не принёс. После совершения первого полёта Одесские новости отметили:

„Вчерашний редкий по смелости полёт С. И. Уточкина с территории выставки через бухту на противоположный берег Дофиновки, в смысле развития авиации, имеет не меньше значения, нежели перелёт Блерио через Ламанш“.

Здание воздухоплавательного павильона, после окончания выставки, было с разрешения городских властей демонтировано и перенесено на место организации производства самолетов, став впоследствии дополнительным ангаром и частью авиационного завода Анатра на территории современной Одесской киностудии.

Пуск первой в городе линии электрического трамвая

Судя по тому, что на большом количестве печатной продукции, посвященной выставке, изображены трамвайные пути и вагоны электрического трамвая, пуск первой в Одессе линии электрического трамвая был приурочен к выставке, объявлен заранее и широко обсуждался общественностью. Однако фактический запуск линии трамвая произошёл только в сентябре.

Торжества по случаю пуска первой линии трамвая

Бельгийское трамвайное общество — „Бельгийское Общество Одесских конно-железных дорог“ — взялось запустить первую линию электрического трамвая (линия № 32) даже не имея ещё официального разрешения от властей на проведение этих работ. Производство работ затягивалось, одесситы с нетерпением ждали открытия линии:

„Как сообщают, через 10—12 дней откроется движение по выставочной линии. В настоящее время главная остановка за металлическими столбами, требуется установить 200 столбов, до сих пор установлено 40, остальные можно устанавливать по 20 в день. Вагоны находятся уже в пути, и за эти 8 дней, когда будут установлены столбы, прибудут в Одессу. Штат вагоновожатых будет переведен с люстдорфской линии“.

— Одесские новости. 5 июля 1910 г.

Наконец-то в начале сентября 1910 г. были произведены технические испытания, закончившиеся успешно:

„Пробная поездка специальной технической комиссии по всей выставочной линии, от Ланжерона мимо выставки по Сабанскому переулку на Канатную и оттуда по Греческой ул. до Греческого базара и обратно состоялась 4-го сентября. К началу движения электрического вагона по городу собралось очень много народу“.

— Одесские новости. 5 сентября 1910 г.

11 сентября 1910 г. первая линия электрического трамвая в Одессе была запущена:

„Я помню себя стоящим в толпе на Греческой улице в Одессе и ожидающим, как и вся толпа, появление перед нами вагона трамвая… Трамвай показался на Строгановском мосту, жёлто-красный, со стеклянным тамбуром впереди, шедший довольно скоро, но далеко не так, как мы себе представляли. Под наши крики он прошёл нас с тамбуром, наполненном людьми, среди которых был какой-то высокопоставленный священник, кропивший перед собою водой, там же градоначальник Толмачёв в очках и с рыжеватыми усами. За управлением стоял господин в кепке, и все произносили его имя: Легоде. Он был директор бельгийской компании, соорудившей первую трамвайную линию в Одессе“.

— Юрий Олеша.„Ни дня без строчки“.

После начала эксплуатации линии Одесской городской думой были заявлены условия её работы: трамваи начинали работать на линии в 7 часов утра, а заканчивали работу в 1 час ночи. Интервал между трамваями — 5 минут.

Продление сезона

В октябре 1910 года устроители выставки выступили с предложением сохранить павильоны и возобновить выставку летом 1911 года. Даже начала обсуждаться идея о создании на базе выставки „начиная с весны будущего года постоянной художественно-промышленной выставки“. Одесское отделение РТО провело анкетирование среди экспонентов, которое подтвердило желание возобновить выставку в 1911 году. Общее собрание РТО от 7 октября 1910 г. постановило возобновить выставку в будущем году. Председатель Общества М. М. Дитерихс направил официальное Отношение в Городскую управу, поступившее в неё 12 октября 1910 г. и зарегистрированное за № 239.

Общие виды выставки

Вид с пешеходного моста, вдали видны башня-бельведер и самовар-гигант

Аллея, ведущая к павильону РОПиТ

Начинавшийся со слов благодарности Управе, всячески содействовавшей Распорядительному комитету и выделившей безвозмездно под нужды выставки часть городской земли, что позволило Обществу организовать и провести блестящую выставку, далее, однако, тон прошения менялся на минорный и Дитерихс сообщал, что устроители выставки понесли существенные финансовые убытки из-за погодных и эпидемиологических условий, сообщал, что Распорядительный комитет, опираясь на данные проведённого анкетирования, принял решение возобновить выставку с следующем году с привлечением новых экспонентов и просил дозволения Управы оставить в пользовании Распорядительного комитета отведённые под устройство выставки земли ещё на один год, ввиду того, что главная цель выставки оказалась „не осуществлённой в той полноте, которая является желательной в интересах Одессы и южнорусской промышленности и торговли“.

Городская дума пошла устроителям навстречу и продлила выделение территории до 1 января 1912 г.
Разрешение от министерства торговли и промышленности, по ходатайству Распорядительного комитета, на проведение выставки в 1911 г. было получено 14 октября 1910 г.

В распорядительный комитет обращались предприниматели из российских городов, Болгарии, Австрии с заявками на посещение выставки.

Торжественное открытие выставки состоялось 14 мая 1911 г. Церемония напоминала торжественное открытие 1910 г. — после молебствия, в присутствии Градоначальника, выставка была объявлена открытой. На открытии присутствовала также специальная делегация из Болгарии. Комитет выставки дал завтрак в честь болгарских гостей, начавшийся, как и полагалось в подобных случаях, с „тостов за Государя Императора и Царя Фердинанда, покрытых гимнами и единодушным ура“. Впрочем, описывающий эту церемонию журналист „Торгово-промышленной газеты“ не преминул упомянуть, что „выставка имеет не вполне законченный вид“.

Общий вид выставки вблизи современной Ланжероновской площади, справа на заднем плане виден особняк Кузнецова

Выставка работала вплоть до 1 октября 1911 г. Надежды устроителей на коммерческий успех не оправдались и в этом сезоне. Как отмечала „Торгово-промышленная газета“ 1 октября 1911 г.:

„В 1911 году, как и в прошлом, выставка закончилась крупным дефицитом…“.

Выставка 1910—1911 гг. не имела коммерческого успеха, её организаторы потерпели убытки. Этому способствовали как субъективные, так и объективные причины. К первым можно отнести то, что на первом этапе работы выставки многие павильоны стояли пустыми. Механический топоган начал работу только 1 августа. Электрический трамвай, призванный облегчить посетителям проезд до выставки, был запущен только 11 сентября, то есть менее чем за месяц до окончания работы выставки. К объективным причинам нужно отнести эпидемии чумы и холеры, которые помешали участию иногородних и зарубежных экспонентов и зрителей — так, хотя заявлялось, что выставка будет ориентирована на ближневосточную торговлю, из этого региона никто не прибыл (о серьёзности положения говорит хотя бы тот факт, что количество проживающих в одесских гостиницах летом 1910 году упало на половину, по сравнению с предыдущим годом). Дождливое лето также уменьшило количество посетителей.

Кроме того, нужно принять во внимание тот факт, что в 1910 г. одновременно с Одесской выставкой, проходила „Южнорусская областная сельскохозяйственная, промышленная и кустарная выставка“ в Екатеринославе, оттянувшая на себя часть экспонентов и посетителей из соседних губерний. Это так же была крупная выставка, в ней приняло участие около 1000 экспонентов.

Коллекция из 100 пород хвойных деревьев

Однако, несмотря на все внешние негативные обстоятельства и просчёты организаторов, выставка 1910—1911 гг. благотворно сказались на одесской торговле и промышленности. Было заключено много сделок. В результате выставки в Одессе открылись представительства зарубежных фирм-экспонентов. Выставке Одесса обязана появлением электрического трамвая. Выставка сыграла свою роль в распространении передовых технологий, в оживлении торговли, в строительстве в регионе новых промышленных предприятий. Во время выставки проведено 6 „научных, технических и торгово-промышленных съездов“ (необходимо отметить, что их планировалось провести 14, но из-за отказа приехать в Одессу из-за эпидемии многих иногородних и зарубежных участников, их число пришлось сократить). Вот какие „съезды“ были проведены: Мукомолов Черноморского и Азовско-Кавказского районов; Южнорусский съезд виноградарей и виноделов; Первый Всероссийский съезд деятелей и специалистов по благоустройству городов; Первый Южнорусский торгово-промышленный съезд; Второй областной съезд деятелей по холодильному делу; Первый русский съезд деятелей по воздухоплаванию.

Показательное выступление воспитанников гимназий

После падения производства и хаоса 1905—1907 гг., Одесса вновь заявила о себе как об одном из ведущих городов Российской империи. К 1913 году Одесса производила промышленных товаров на 50 млн рублей, что более чем в два раза превышало уровень производства 1907 года. По темпам экономического роста в этот период времени Одесса вышла на третье место в стране.

Использованная литература и архивы

„Выставка в Александровском парке. К 100-летию открытия“. Ф. Каменецкий. // Порто-Франко : Газета. — Одесса: Черноморье, 2010. — В. 21 мая. — № 19 (1015).
„По высшему разряду. К 100-летию Фабрично-заводской, художественно-промышленной и сельскохозяйственной выставки в Одессе 1910 годам“. А. Беляновский
Статья в Википедии
Сайт Odessastory. Галерея пользователя Brassl

Авторы

Александр Левицкий, худрук и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель

Секция торговых рядов Пале-Рояль, дом братьев Лантье

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:49:25 +0200

Екатерининская, 9

Дом братьев Лантье представляет собой один из лучших примеров югендстиля в Одессе и несет в себе ряд прогрессивных для своего времени строительных приемов, являясь одним из оригинальнейших дореволюционных зданий в городе.

Тип здания: многофункциональное здание, торговое сооружение, доходный дом

Стиль: югендстиль, эклектика, неоготика

Архитекторы:

Г. И. Торичелли
К. И. Даллаква (строительство)
Г. К. Шеврембрандт (реконструкция и перестройка)

Дата строительства:

1840-1843 (строительство)
1903 (реконструкция и перестройка)

Статус: памятник архитектуры местного значения

Предыдущая застройка участка: секция торговых рядов Пале-Рояль

Лицевой фасад

Общий вид

В конце 1830-х годов была начата масштабная реконструкция театральной площади с целью улучшения архитектурного окружения городского театра и уменьшения размеров самой площади, поскольку ее огромный, почти не застроенный участок своими размерами подавлял скромное театральное здание. В связи с этим по трем сторонам внутреннего периметра площади была выделена неширокая полоса земли, которая была разбита на участки и роздана купцам. В 1840 году по проекту архитекторов Г. И. Торичелли и К. И. Даллаква было начато строительство лавок, продолжавшееся около трех лет.

Здания сформировали достаточно интересный ансамбль. Фасады лавок, обращенные к улицам Екатерининской и Ланжероновской, решались в виде непрерывной ордерной аркады. Это П-образное каре лавок получило название Пале-Рояль, хотя с помпезным дворцом французского кардинала Ришелье оно не имело никакого сходства. Впрочем, как часто бывало в Одессе, даже отдаленных ассоциаций было достаточно.

К концу XIX века ансамбль был частично разрушен или перестроен, на месте лавок одно за другим начали вырастать громоздкие разномасштабные здания. Сохранился лишь уютный внутренний сад с фонтаном, появившимся здесь еще в 1848 году.

Во времена реконструкции секций Пале-Рояля, лучшие его участки выходили в сторону улицы Екатерининской и были разделены между пятью владельцами — А. Старковым, Снитковским (секция по Екатерининской перестроена с утратой аутентичности), М. Кестнером, Ф. Родоканаки и братьями Лантье. Что касается последних, то представители семьи Лантье вошли в историю Одессы как одни из крупнейших торговцев одеждой собственного пошива. Согласно адресным книгам конца XIX века в Пале-Рояле в тот период проживало несколько представителей этой фамилии.

Изображение фасада одежного магазина Лантье сохранилось на одной из реклам фирмы рубежа XIX-XX веков, а сам магазин в то время являлся одним из наиболее презентабельных в центре города.

Магазин братьев Лантье

Изображение фасада одежного магазина Лантье на одной из реклам фирмы рубежа XIX-XX веков

Реклама магазина братьев Лантье рубежа XIX-XX веков

Владельцы магазина, братья Юлий Людвигович и Луи Людвигович Лантье были тесно связаны с Французским благотворительным Обществом. Для Общества представители семьи Лантье играли далеко не последнюю роль. Юлий Людвигович являлся казначеем Общества, Луи Людвигович — секретарем.

Мастерская братьев Лантье занимала одно из помещений секции, где располагался их магазин. Третий брат, Август Людвигович, упоминается в справочниках за 1907 и 1910 годы как мужской портной и располагает собственной мастерской по тому же адресу. Согласно справочной периодике за 1913 год, он проживал неподалеку, в доме на Екатерининской, 8 и являлся попечителем римско-католической приходской церкви.

В том же доме в этот период числился и сын (согласно инициалам) Августа Людвиговича, Жан Августович Лантье. С 1907 года в доме № 8 он держал ателье дамских шляп, которое с 1913 года стало именоваться «модной мастерской». Возвращаясь к Луи Людвиговичу, стоит упомянуть, что в 1911 году он переехал в дом в переулке Чайковского, 16, где (вероятно с 1903 года) располагался магазин женских нарядов, принадлежавший его жене.

В 1903 году в Одессе проживал так же некий П. Лантье, в то время — секретарь Французского благотворительного Общества. Относился ли он к описываемой династии и занимался ли пошивом одежды — неизвестно.

В начале XX века фирма братьев Лантье находилась на пике своего расцвета. Секция Пале-Рояля, где размещались ее мастерские, и магазин к тому времени перестала соответствовать функциональным потребностям растущего производства, потребовалось также и значительное увеличение торговых площадей самого магазина. Заказ на реконструкцию секции братьев Лантье получил выдающийся немецкий архитектор Герман Карлович Шеврембрандт, строивший в Одессе относительно немного, однако оставивший в городской застройке ряд настоящих архитектурных шедевров.

Автор утвержденного к реализации конкурсного проекта одесской лютеранской Кирхи св. Павла (1895-1897) впоследствии создал несколько изысканных особняков и жилых домов, практиковал реконструкции более ранних по периоду зданий, возвел такие выдающиеся архитектурные жемчужины как картинная галерея М. М. Толстого на Сабанеевом мосту и завод по производству печей В. Я. Мюльнера на улице Мечникова, составил конкурсные проекты зданий Земской управы и театра Сибирякова.

Все реализованные постройки Шеврембрандта неизменно несут в себе изящество, выразительность и элегантность облика, великолепную проработку мелких деталей и виртуозную пластику крупных форм, что в особенности отразилось в его поздних работах, в немалой степени вдохновленных ранним модерном и немецким югендстилем. Именно на принципах югендстиля (точнее его ранней разновидности) и основывался проект нового дома братьев Лантье.

В 1900 году Шеврембрандт завершил для П. Родоканаки реконструкцию секции,которая располагается на соседнем участке №7. Она является самой крупной из секций Пале-Рояля, выходящих фасадами на Екатерининскую, Вероятно именно по рекомендации Родоканаки, архитектор в дальнейшем получил сразу два заказа на реконструкцию соседних секций Лантье (№ 9) и Снитковского (№ 11). Оба были реализованы к 1903 году и, в отличие от секции Родоканаки здания проектировались и строились практически с нуля.

К нынешним временам дом Снитковского почти полностью утратил свой первоначальный облик, а после реконструкции сооружения под банковские офисы в первой половине 2000-х годов, арка прохода с Екатерининской в сад Пале-Рояля осталась единственным аутентичным элементом здания. О внутреннем убранстве и говорить не приходится.

Дом братьев Лантье — напротив, сохранил не только уникальную отделку фасадов, но и многие элементы внутреннего убранства.

Смета оказалась достаточно дорогой, поскольку в доме был реализован ряд прогрессивных строительных технологий того времени. В противовес большинству одесских зданий, основным строительным материалом здесь выступал кирпич (вместо традиционного известняка-ракушечника), а верхние балки оконных проемов изготавливались с использованием бетона, что позволило заметно увеличить размеры самих окон. Бетон был использован также как элемент штукатурки, и из него отливалась часть лепного декора.

Старые, обветшавшие стены секции перед строительством были практически полностью разобраны, а фундамент уложен заново и дополнительно укреплен. Результат подобного подхода к строительству и сегодня очевиден — добротное, крепкое здание способно простоять без капитальных ремонтов еще очень долго.

Дом братьев Лантье располагается на участке шириной в шесть оконных осей. Третью от левого края ось занимают массивный эркер и портал под ним, объединяющий входы в подъезд и на лестницу черного хода. Таким образом, фасад дома композиционно асимметричен, поскольку ширина фасадных плоскостей по сторонам от эркера разнится по количеству осей. Обратный фасад дома, выходящий в сад Пале-Рояля, наоборот, подчинен строгой симметрии и выглядит значительно менее живописно ввиду более скромного оформления.

Главный фасад отличается ярко выраженной динамикой вертикалей, благодаря тому, что каждая оконная ось представляет собой раскрепованное углубление, вместе с остальными образующее ритмичную стилизованную аркаду.

Отделка лицевого фасада

Окна третьего и четвертого этажей

В целом декоративное оформление фасадной плоскости очень сдержано, скульптурные изыски практически отсутствуют, за исключением геральдических медальонов под фризом здания, на осях простенков.

Медальон и фрагмент фриза

Основные детали весьма крупномасштабны и выполнены очень пластично, свойственно раннему модерну, несмотря на ренессансные в целом принципы декорирования. Консоли, поддерживающие балконы третьего и четвертого этажей, плавно перетекают в плоскости простенков. Ограждения самих балконов эклектичны, исполнены с большим мастерством и органично сочетаются с декоративными ограждениями в нижних частях окон, которые устанавливались для поддержки лотков с цветами.

Балконы лицевого фасада

Самые крупные проемы занимают первые два этажа здания, проектировавшиеся под торговые помещения, широкие окна второго этажа имеют строгую лучковую форму и украшены простыми замковыми камнями. Фасад здания завершается массивным фризом с глубокими полукруглыми машикулями.

Эркер оформлен пышнее и общий его стиль достаточно контрастен со стилем остального фасада. Здесь практически нет крупномасштабных элементов, фронтальная плоскость украшена филенками, что придает эркеру некоторую дробность.

Эркер

Общий вид снизу вверх

Над верхним окном лестничной клетки Шеврембрандт разместил филенку с датой возведения дома — «1903», над которой привлекает внимание относительно небольшой сандрик в виде классического треугольного фронтона.

Филенка с датой строительства и сандрик над ней

Пышности верхней части эркера дополнительно придают антропоморфные вставки-маскароны, вертикально вытянутых, гротескных очертаний, позаимствованные из немецкой готики и архитектуры национального романтизма, весьма популярной в Германии на протяжении всего XIX века. Впоследствии ее отдельные черты можно было встретить и в югендстиле, что на примере дома братьев Лантье выглядит достаточно иллюстративно. Непосредственно под маскаронами размещаются небольшие прямоугольные лепные вставки растительного характера, свойственные для модерна декоративной и орнаментальной разновидностей.

Эркер увенчан невысоким шатром, а его нижняя часть плавно окаймляет глубокий портал, в котором расположено два входа в дом.

Портал

По сторонам от арки портала сохранились две мраморных доски. Доска, расположенная справа, указывает на владельцев дома («Домъ братьевъ Л. и Ю. Лантье»), левосторонняя является рекламной доской архитектора и подрядчика («Постр. Архитектор Г. К. Шеврембрандтъ. Подрядн. Работы исполн. Артель Десятниковъ»).

Аутентичные мраморные доски

«Домъ братьевъ Л. и Ю. Лантье»

«Постр. Архитектор Г. К. Шеврембрандтъ. Подрядн. Работы исполн. Артель Десятниковъ»

Входные двери ныне утрачены и заменены монолитными металлическими. Проемные решетки со старых дверей, тем не менее, сохранены и приварены к поверхности новых. Сохранены так же и оригинальные полукруглые фрамуги с решетками.

Элементы оригинальных входных дверей

Проемная решетка

Прежде чем зайти в дом, стоит обратить внимание на гротескный маскарон, плавно огибающий нижнюю часть эркера и композиционно трактованный как замковый камень портала и большую геральдическую филенку между входами, где мог размещаться герб Лантье.

Элементы оформления портала

Геральдическая филенка

Планировка дома по настоящему уникальна и в Одессе аналогов не имеет. Лестничные клетки подъезда и черного хода размещены на поперечной оси здания (ось перпендикулярна красной линии), причем последняя расположена именно в эркере (!) и освещается его окнами. Для дореволюционной Одессы это очень нетипично и дома, чьи лестницы освещаются лицевыми окнами в городе практически не встречаются (как правило, подъезды получали освещение со стороны дворов или посредством остекленных фонарей). Подобный планировочный принцип нашел более или менее широкое применение уже в эпоху конструктивизма и подъезды ряда домов того периода оборудованы световыми окнами со стороны лицевых фасадов. Таким образом, вывод о том, что Шеврембрандт действительно опередил свое время, вполне оправдан.

Из двух входов, объединенных порталом, левосторонний ведет на вышеупомянутую лестницу черного хода, а правосторонний — соответственно в подъезд. Лестничная клетка подъезда относительно бюджетна по отделке. Здесь нет мрамора и художественной ковки. Ступени и площадки выполнены из простой, лишенной орнаментальных вставок, но добротной и качественной бетоно-мозаики. Перила не менее лаконичны и состоят их простейших стоек-прутьев, каковые нередко можно встретить в домах первой половины и середины XIX века. Вполне вероятно, что перила эти остались от предыдущего строения, поскольку в годы постройки дома подобные уже не изготавливались. Сама лестничная клетка имеет в плане полуэллиптическую форму, скругления которой огибаются пролетами лестницы.

Подъезд

Антресольный этаж сообщается с квартирами верхнего этажа и лестницей черного хода. Выхода на лестницу подъезда его помещения не имеют, однако оттуда можно попасть на балкон-террасу под потолком подъезда, периметрально огибающий его объем.

Вид с лестницы на балкон-террасу антресольного этажа

В потолке подъезда оборудован остекленный световой фонарь, сохранивший аутентичный переплет.

Световой фонарь

Лестничная клетка черного хода несколько разнится по планировке с подъездом и целиком занимает внутреннее пространство эркера. В плане она представляет собой прямоугольник, чьи короткие стороны заменены полудугами. Перила бюджетной эклектической модели, установленные здесь, можно часто встретить на лестницах черных ходов многих домов Одессы рубежа XIX-XX в.в.

Черный ход в эркере

Фрагмент лестницы

Дверь жилых помещений

Со стороны сада Пале-Рояль предусматривались еще два торговых помещения, что доводило количество магазинов в доме до четырех.

Тыльный фасад здания значительно сдержаннее лицевого. Главными его украшениями служат великолепные ограждения балконов (в том числе выполненные в неоготическом ключе) и эффектные мансардные люкарны. Последние в немалой степени обогащают силуэт дома и, органично сочетаясь с люкарнами соседнего дома Родоканаки, создают гармоничную взаимосвязь двух зданий.

Фасад со стороны сада Пале-Рояль

Фрагмент неоготического балконного ограждения второго этажа

Все без исключения окна тыльного фасада имеют проемы лучковой формы, и, в зависимости от этажа — разные наличники.

Оформление окон со стороны сада Пале-Рояль

Помимо оригинальных ограждений балконов, до наших дней неплохо сохранились и ограждения полуподвальных приямков (со стороны Екатерининской заменены упрощенными по дизайну новоделами).

Оригинальные ограждения полуподвальных приямков

Согласно справочникам и рекламе 1900-х годов, коммерческая деятельность в стенах дома велась не только братьями Лантье. Кроме большого одежного магазина семьи Лантье, здесь располагалась бакалейная лавка Е. И. Ульриха, а согласно сведеньям за 1907 год в доме принимали инженер Владимир Петрович Голубин и глазной врач Соломон Эмануилович Глазман. Послереволюционная часть истории дома совершенно непримечательна, незадолго до Великой Отечественной войны здание подверглось перепланировке и «уплотнению». Помещения бывшей швейной мастерской, занимавшей третий этаж сооружения, были перестроены в очередную коммунальную квартиру. Торговые помещения первого и второго этажей, напротив — никогда не меняли своей функции.

В целом, являясь интересным образцом раннего модерна в Российской империи и достойным примером югендстиля за пределами его исторической родины, дом братьев Лантье вот уже более столетия остается одним из самых необычных зданий Одессы. В то время как большинство домов города, так или иначе, имели общие черты, начиная от компоновки, планировки, подхода к строительству и заканчивая художественно-стилистическими элементами, Шеврембрандт сумел спроектировать здание, которое сегодня невозможно с чем-либо сопоставить. Дом братьев Лантье, без преувеличения, неповторим и уникален.

Использованная литература и архивы

«Зодчие Одессы». В. Пилявский
«Здания, сооружения, памятники Одессы и их Зодчие». В. Пилявский
«Архитектура Одессы. Стиль и время». В. Пилявский
«Одесса. Архитектурно-исторический очерк». В. И. Тимофеенко
Одеса. Будинок братів Л. і. Ю. Лантьє 1903 р.

Авторы

Александр Левицкий, худрук, фотограф и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель
Марина Томенко, редактор

Екатерининская, 12. Доходный дом О. Скаржинской. β

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:42:31 +0200

Силуэт дома очень выразителен и играет важную градостроительную роль в перспективе Ланжероновской благодаря шатру в угловой части, по форме напоминающему перевернутый бокал. Внутреннее убранство сдержано, однако образец перил, установленных в подъездах, можно встретить нечасто. Дом огромен и располагает двумя большими внутренними дворами. Здание вошло в историю благодаря располагавшемуся в нем известному кафе Робина.

Тип здания: доходный дом
Стиль: модерн
Архитектор: М. Г. Рейнгерц
Дата строительства: 1904-1910
Статус: памятник истории и архитектуры местного значения
Второй адрес: Ланжероновская, 24

Общий вид

Фрагмент перил в подъезде со стороны Екатерининской

Авторы

Александр Левицкий, худрук и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель

Екатерининская, 1. Доходный дом Э. Брандт с магазином. β

Архитектура Одессы — Wed, 25 Dec 2013 12:42:04 +0200

Благодаря высокому ступенчатому фронтону, заметному издалека, здание является одним из самых значимых градостроительных элементов перекрестка. На уровне последнего этажа сохранилась великолепная мозаика с изображением богини Фортуны, которая многими поколениями одесситов неизменно отождествляется с Екатериной Великой.

Тип здания: доходный дом
Стиль: североевропейский ренессанс, модерн, эклектика
Архитектор: В. М. Кабиольский
Дата строительства: 1901-1903
Статус: памятник архитектуры местного значения

Главный фасад

Мозаичное панно на фасаде

Подъезд дворового крыла

Перила в подъезде со стороны улицы

Статья находится на стадии наполнения.

Авторы

Александр Левицкий, худрук и колорист
Дмитрий Шаматажи, фотограф и составитель